В долине между Вервье и Спа, забитой полтора месяца назад американским снаряжением, было сейчас чисто, как в амбаре перед новым урожаем.
Спа, куда вернулся штаб 1-й армии, поражал тишиной и… холодом. Начальник пресс-кэмпа, знакомый нам еще по боям в Нормандии, вспоминал наш визит в маленький городишко Мариньи, западнее Сен-Ло, когда мы не могли найти себе места, где бы спрятаться от нещадной жары, чтобы спокойно побеседовать. Шутливо он выражал надежду, что наконец-то мы попали в свою атмосферу. Что касается его, то полковник был готов бежать на край света, лишь бы спастись от холода: в городе не отапливалось ни одно здание.
— Теперь я понимаю, почему захватчики не любят русскую зиму.
В Спа нашу штабную машину, теплую и комфортабельную, пришлось сменить на открытый «джип». Ветер с гор пронизывал шинель насквозь, мы радовались каждому скользкому подъему, когда шофер заставлял нас подталкивать машину: правда, это не ускоряло нашего движения к фронту, но зато согревало. Как раз на полпути между Спа и Мальмеди мы нашли штаб 8-го парашютного корпуса, который был доставлен в Арденны по воздуху Работники штаба встретили нас подчеркнуто тепло.
Полковник штаба армии, оказавшийся в корпусе, взялся объяснить нам обстановку: немцы продолжали уползать в сторону Германии, усыпая дороги минами, чтобы замедлить движение американцев. Бои фактически прекратились. Контакт с частями 5-й танковой армии давно потерян. Перед парашютным корпусом, шедшим на главном направлении, отступали народные гренадеры, заслоняя своей спиной отходящие эсэсовские отряды. Гренадеры, по словам полковника, одинаково боялись эсэсовцев, американцев и арденнских морозов. Они упрямо огрызались, если эсэсовцы находились где-нибудь поблизости. Но едва они оказывались отрезанными от своего тыла, как сдавались с поразительной готовностью, которая возмущала американцев.
По пустынной зимней дороге мы отправились вперед, в сторону Германии. Мы ехали среди лесов, занесенных снегом. Поля, далекие синие холмы, поднимавшиеся к мутному небу, дышали холодом и тоской. Где-то ухали пушки, их звук был глух, как удары мерзлой земли о крышку гроба. В мелких разрушенных деревушках солдаты устраивались на ночевку: пилили дрова, разжигали очаги. Одежда не спасала их от холода; обмораживание становилось главной причиной потерь.
Уже в сумерках, догнав передовой батальон в городке Рехт, мы повернули назад. Над нами стыло фиолетовое небо, ветер начинал нести поземку, тонкую, как дым Пустынные белые поля синели быстро, черные леса стояли молчаливые и враждебные: там еще скрывались немцы. Над развалинами деревушек поднимался дым, остатки стен озарялись пламенем, в черных проломах окон блистал огонь. Навстречу нам медленно ползли обозы. Несмотря на цепи, грузовики скользили на склонах, катились юзом к обочине, переворачивались.
На другой день мы сделали круг по Арденнам. Американский военный склад был очищен с чисто немецкой аккуратностью: немцы увезли даже железный лом, оставленный ими же самими при поспешном бегстве прошлой осенью. Мы не нашли даже следов тех сногсшибательных потерь в танках, которые, по уверениям англо-американской пропаганды, гитлеровцы понесли в Арденнах. Правда, севернее Бастони чернели остовы нескольких «М-4» и попадались изредка брошенные и разбитые транспортеры. Но о полутора тысячах немецких танков и самоходных пушек, которые списывают с немецкого счета генерал Маршалл в «Докладе военному министру» и генерал Брэдли в «Записках солдата», не может быть и речи. Бои в Арденнах шли вдоль дорог, а дороги были чисты. Осмотр Арденн подтверждал заявление бригадира Вильямса, что 6-я танковая армия СС ушла, не соприкоснувшись с главными силами союзников, а 5-я танковая сумела вытянуть свои машины из-под удара.
IV«Битва за выступ», как были окрещены бои в Арденнах, вызвавшая серьезные трения между англо-американскими союзниками, породила ожесточенные споры, которые начались в те дни и не умолкли до сих пор. Командующие немецкими войсками в этой битве Рундштедт и Модель не оставили своих воспоминаний. Старик Рундштедт, угнетенный опалой со стороны Гитлера и поражением Германии, не желал высказываться ни о чем до самой смерти, последовавшей вскоре после окончания войны. Модель, который командовал непосредственно арденнским наступлением немцев, застрелился за несколько недель до конца войны.
Командующие союзными войсками в этой битве написали книги воспоминаний, в которых боям в Арденнах уделено большое место. Как и тогда на пресс-конференции, Монтгомери доказывает в книжке «От Нормандии до Балтики», что он, скромно выражаясь, спас союзников от разгрома в Бельгии и Франции и, таким образом, помешал Гитлеру изменить ход войны в свою пользу. Брэдли в своих «Записках солдата» постарался широко и более смело развернуть обвинения против Монтгомери, который якобы помешал американским войскам быстро, энергично и решительно разгромить немцев, вторгнувшихся в Арденны. В книге он заговорил во весь голос о том, о чем на своей пресс-конференции в те дни решался лишь шептать.