Что это было?
И правильно ли я действовал?
Вопросы снова и снова вертелись в голове и не давали мне покоя.
Итак, в течение девяти суток я со своей оперативной группой инспектировал войска. Наше передвижение можно сравнить с обратным ходом часовой стрелки — с северо-востока на запад и далее на юго-восток (Бадахшан, Кундуз, Герат, Кандагар, Гардез, Асадабад). Иногда, именно после той поездки, — уж не знаю по какой ассоциации — мне снился по ночам часовой циферблат, по которому стрелка так и бежит — в обратном направлении. Уж не стремился ли я, хотя бы подсознательно, хоть немного повернуть время вспять, к тем дням, когда ничего из происходившего на моих глазах в Афганистане вовсе не было? Конечно, же это фантазия… Если б и впрямь можно было прокрутить стрелки назад и никогда не соприкасаться — даже в мыслях — с теми трагичными днями!..
Вернусь к Гератским событиям.
Что значит осуществление боевой задачи в почти сданном городе, а именно очистка города сотней боевых групп с большим количеством техники и при полном подавлении противника с воздуха? Да, я не отдавал прямого приказа на уничтожение живой силы, но зато отдавал дословно такой приказ: на каждый выстрел отвечать залпом. И это действительно было. Тот, у кого есть воображение, нарисует соответствующую картину…
Перед вылетом в Кабул я говорил с Халилем. Он искал нужное слово на русском языке:
— Герат был… шнур, шнур…
Я подсказал ему:
— Бикфордов? — Но мы нашли более точное слово: «детонирующий».
Если бы в Герате моджахеды успешно решили свою задачу и радиостанция передала бы свое сообщение о создании свободного генерал-губернаторства, то и радиостанции Кандагара, Гардеза, Мазари-Шарифа, словно сдетонировав, дали бы сигнал к началу восстания. Был бы осуществлен переворот с целью уничтожения народно-демократической власти в этих городах, да и в стране в целом.
Этим толчком моджахеды надеялись начать всеафганский джихад. Вот почему и в Кандагаре муллы по-особенному пели свои молитвы, а кандагарское руководство заискивало и хитрило перед шурави.
— А сколько там, в Герате, расстрелял Наджиб? — спросил я Халиля.
— Более трехсот афганцев… О Аллах-Акбар!
Халиль поднял ладони вверх и начал молиться. Втори ему и Рафи. Я сидел как на горячих угольях.
Затем Халиль продолжал:
— Шакалу вонючему Наджибу за Герат будет отмщение.
— А вам? — я посмотрел на Рафи.
— И нам, — мрачно буркнул он. — Весной.
— К весне мы успеем хорошо подготовиться.
Рафи ничего не ответил.
— Дай, Аллах, терпения и сил победить всех врагов наших, — произнес Халиль Ула.
Сведения, полученные от Халиля, имели первостепенную важность. Они подтверждали информацию, добытую генералом Петрохалко из других источников. Хитрый и коварный план моджахедов в Герате нами своевременно сорван. Но по-прежнему оставалось неизвестным, кто руководил этой гератской операцией — Ахмад-Шах-Массуд? Абдулла Рашид Дустум? Гульбеддин Хекматияр? Или кто-то иной?..
В тот зимний день визирь Рафи, комкор Халиль Ула, и моя оперативная группа вылетели тремя вертолетами из Асадабад а в Кабул.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Когда я вернулся домой, Анна Васильевна встретила меня словами: «На тебе лица нет». Я ответил, что лицо, похоже, сберег, а вот душа истерзана.
Чтобы как-то отвлечь меня, жена перевела разговор на свою работу по исследованию драматургии Н.А. Островского. Говоря о чем-нибудь русском, она пыталась увести мои мысли от этой треклятой войны.
Утром следующего дня, сидя у себя в кабинете, я действительно чувствовал себя более или менее отдохнувшим. И настроение мое снова выровнялось. На столе лежала карта — «План боевых действий на январь-феврал 1981 г.». Операции «Удар-3», «Гранит-2», «Салют-2», боевые действия в провинции Пактия, в провинциях Лагман и Нангархар, в зонах «Северо-Восток» и «Север». В боях уже задействовано 72 пехотных батальона и 19 артдивизионов афганской армии, 25 мотострелковых батальонов и семь артдивизионов 40-й армии. Их боевые действия обеспечивают и поддерживают 13 авиационных полков и 4 вертолетных полка. Всего воюют и будут воевать до конца февраля 160–170 тысяч человек личного состава, 250–300 самолетов и 60–70 боевых вертолетов. Остальные войска — афганские и советские — заняты боевой подготовкой, но в любое время суток могут быть направлены в бой на помощь воюющим частям и подразделениям. Мы предполагаем освободить от моджахедов 12 уездов и 12 волостей, установить там народно-демократическую власть, оставить в освобожденных аулах на две недели небольшие гарнизоны. Кроме того, мы рассчитываем еще и упрочить власть в 37 уездах и 13 волостях, оставляя там на некоторое время небольшие гарнизоны. Если даже мельком взглянуть на карту, то видно, что боевые действия охватывают территорию почти всей страны. И придется вновь и вновь воевать и с Ахмад-шахом, и с Хекматияром, и с Дустумом.