По приказу полковника Халиля командир 7-й пехотной дивизии доложил о результатах боевой стрельбы и предложил оценку действий батальона. Тут позволю себе сказать для непосвященных, как определяется такая оценка. Для этого берут три параметра. Первый — решение огневой задачи. Если поражение целей составляет 50 процентов, то выставляется оценка «удовлетворительно». Если больше 60 процентов — оценка «хорошо». А если поражено более 70 процентов целей — «отлично».
Второй параметр — тактика. Речь идет о сочетании тактических действий с огнем в движении.
И третья оценка выставляется за управление батальоном в бою.
И вот, пока публика пробавлялась гороховым супом, пловом, шашлыком и квасом, комдив обратился с докладом к Халилю, а тот в свою очередь к министру обороны. Рафи вроде приготовился доложить мне, но я сделал ему знак, чтобы все вопросы решали сами.
Оценки оказались такими: по огневой подготовке — «хорошо», по тактике — «хорошо», за управление батальоном, хоть оно и было признано «уверенным», решили поставить «удовлетворительно» (чтобы, как принято в таких случаях говорить, «не завышать» оценку). Общая оценка действий батальона получилась — «хорошо». Бурные аплодисменты. Вот так бы и заканчивать все наши дела в Афганистане — церемониальным маршем, учением с боевой стрельбой да гороховым супом. Ну еще шашлыком и русским квасом!..
Политические цели этого мероприятия были достигнуты. Похоже, присутствовавшие поверили в способность афганской армии одержать скорую победу — конечно, во взаимодействии с 40-й армией — над моджахедами.
Улыбался и Илмар Янович. Пользуясь его хорошим настроением, я попросил доложить мне о ходе боевых действий в тот момент. Он развернул карту-бланковку. Из доклада следовало, что в районе Герата под командованием заместителя командарма-40 разворачивается операция «Салют-2». В районе Заранджа — операция «Гранит-2»; ею руководит командир 5-й мотострелковой дивизии полковник Громов.
— Надо туда слетать.
— Жэлатэльно нэ позжэ 5 фэвраля.
— Согласен. А что с «Ударом-3»?
Бруниниекс доложил, что высажено восемь вертолетных десантов. Бои идут в секторах. Все операции выполняются в намеченные сроки. На КП в районе Газни находится генерал Жолнерчик.
Ну вот тебе и гороховый суп. Учения учениями, а война войной. Чем там солдатики между боями питаются? Не шашлыками — это точно.
Подошел министр национальностей и племен Сулейман Лоэк. Он был явно взволнован и, похоже, забыл про котелок в руках, хотя протокольные правила никак и не возбраняют после учений министру ходить от собеседника к собеседнику с котелком в руках.
С приближением весны, сказал Лоэк, племена начнут движение с юга на север через афгано-пакистанскую границу. Он слышал, что некоторые тропы и дороги минируются, там выставляются засады. Это не может не беспокоить министра — ведь при массовом движении людей и овец многие погибнут… Потери будут большими не только среди животных — они, двигаясь стадом впереди кочевников, конечно, первыми подорвутся на минах, — но и среди малишей. Что касается засад, особенно организованных бойцами из состава андроповских спецбатальонов, то малиши вступят с ними в открытый бой и, естественно, многие погибнут. Министр просит меня принять его в ближайшие дни, чтобы подробнее обсудить положение.
Я в уме прикинул: завтра с утра пораньше ко мне с докладом прибудет генерал-лейтенант Шкидченко, на девять часов приглашен генерал Самойленко (возможно, с ним придет и Голь Ака). Затем — вполне подходящее время для приема академика-министра. Похоже, что-то его тревожит — и не только проблема перехода границы племенами кочевников… Ну что же, завтра все и узнаю.
Я предложил Лоэку прийти на следующий день в десять часов утра.
— Щюкрен, — поблагодарил Лоэк и отошел.
Раннее-раннее утро. За окнами моего кабинета уже ярко, по-весеннему светит солнце.
Нас двое — я и генерал-лейтенант Шкидченко Петр Иванович — мой заместитель, начальник Управления по ведению боевых действий. Чаевничаем второй час. Неторопливо анализируем оперативно-боевую обстановку.
Из всех генералов-советников ВС ДРА Петр Иванович — самый редкий посетитель моего кабинета. И здесь, сидя со мной за чайным столиком, он чувствует себя стесненно — ему привычнее руководить боем, находясь на НП, КНП или КП. А если туго приходится, он и в атаку может повести бойцов. Я часто наблюдал его в деле, восхищался его выдержкой, умом, отвагой и не по возрасту удальством. Петр Иванович стрелой прошел иерархию армейской службы: командир взвода — роты — батальона — полка — дивизии — корпуса. Последняя его должность в Союзе — заместитель командующего войсками Забайкальского военного округа по боевой подготовке. Из деревенского паренька в генерал-лейтенанты — фантастика?! Нет, реальность! Труд, труд и еще раз труд, профессионализм и моральная чистота — вот что продвигало личности в армии по служебной лестнице.