Она оглянулась. Главное, чтобы не затоптали. К несчастью, в зале совершенно негде было спрятаться. В помещении не было никаких закутков, никакой мебели, только стены и зеркала.
Серый неожиданно прекратил свою трапезу, встал, и обвел зал взглядом своих страшных глаз без зрачков. К своему ужасу Оля осознала, что она находится к монстру ближе всех. Серый нетвердой походкой медленно двинулся к Оле. Не выдержав, она заорала, попятилась, споткнулась о степ-платформу, потеряла равновесие и упала. Рефлекторно она успела прижать руки и приземлиться не на спину, а на бок. Падение сыграло роль пощечины, прекратив начинавшуюся истерику.
Лёжа на полу, Оля видела медленно надвигающееся чудовище с окровавленным ртом, боковым зрением заметила, как часть «девочек» рванули к выходу, перескакивая через лужу крови и тело Анастасии Сергеевны. Группируясь, чтобы встать, случайно взглянула вверх. Вот оно! Оля приподнялась, развернулась. С низкого старта, разгоняясь резко сделала три шага, оттолкнулась от степ-платформы и прыгнула вверх, вытягивая руки. Удалось! Она зацепилась за железную скобу, одну из тех, на которых лежали проходящие под потолком трубы. Ноги по инерции вылетели вперед. В верхней точке Оля попыталась закинуть ногу на трубы. Не вышло. Притяжение повлекло её назад. Оля согнула ноги, как в детстве на тарзанке. Тело прошло нижнюю точку никого не зацепив, взлетело спиной вперед, и Оля вытянула ноги вперед увеличивая амплитуду. Взлёт. Есть! Она зацепилась ногой за трубу. Рывком Оля перекинула тело на ужасно пыльные толстые трубы и взглянула вниз.
Там продолжался багровый кошмар. У выхода, то ли поскользнувшись в крови, то ли споткнувшись о тело Анастасии Сергеевны, лежала без сознания еще одна женщина. Окровавленная Анастасия Сергеевна рвала зубами её ногу. Оставшиеся в зале посетительницы пытались выскочить из зала, не попавшись монстру и обогнув Анастасию Сергеевну. Серый посреди зала раскачивался, пытаясь удержать кого-то из вырывающихся «девочек». Грохот музыки и непрекращающиеся крики дополняли картину творящегося хаоса.
Оля увидела, как молодая блондинка Маша попыталась повторить её маневр. С короткого разбега оттолкнулась от платформы, прыгнула, зацепилась руками за скобу прямо под ней. Пальцы левой руки соскользнули, но Оля крепко схватила её за запястье и изо всех сил потянула на себя. Серый внизу, привлеченный движением, направился к Маше вытянув руки.
Оставшиеся «девочки», видя, что монстр отвлекся, гурьбой ломанулись к выходу.
Маша закинула ногу на трубу. Вторая нога еще болталась в воздухе. Монстр схватил Машу за лодыжку. Маша дернулась, вцепилась в скобу так, что побелели костяшки пальцев. Оля перехватила её за талию, и резко втащила Машу наверх.
— Ыыыыы!!! — издал разочарованный вой серый, глядя на зажатый в руке кроссовок.
Оля и Маша переглянулись.
— Это что?! — спросила Маша. Её руки дрожали. — Оля, что это такое?!
— Не знаю! — ответила Оля. — Никогда такого не было.
Адреналин буйствовал в крови. Олю трясло не меньше, чем Машу, она крепко держалась руками за скобы, несмотря на то, что трубы их нормально держали. Ведь внизу, в опустевшем зале, задрав голову, на них смотрел серый монстр с окровавленной пастью. Он пытался дотянуться до Оли с Машей, но лишь хватал воздух.
Рядом с монстром тянула руки вверх очень бледная, почти белая Анастасия Сергеевна. Дыра в шее и глубокая рана на половину предплечья, с торчащими ошметками мяса и белеющей в глубине костью, её совершенно не беспокоили. У входа в кровавой луже с отпечатками кроссовок лежало тело женщины с объеденной ногой. Музыка продолжала ритмично изливаться из громкоговорителей.
Маша бросила взгляд вниз.
— Что же теперь делать?! — как-то жалостливо спросила она, и неожиданно заплакала.
Оля посмотрела на плачущую Машу. Осознание реальности последних нескольких минут обрушилось на неё, из глаз сами собой полились слёзы.
— Я не знаю. — всхлипывая сказала Оля, и тоже разревелась.
Лежащая у входа женщина открыла глаза. Красные глаза с почти неразличимыми зрачками, и испещренной белым радужкой.
Орловский тоннель, автодорога, проходившая в центре города под Окой, мог похвастаться необычной историей. Изначально, еще при старом социализме, тогдашнее городское руководство было одержимо идеей строительства метрополитена. И хотя миллиона жителей в Орле не было никогда, работы по прокладке первого перегона начались с расчетом на будущий рост населения. После развала союза, в период демократизации стройку заморозили, банально не хватало денег.