— Закрывай!
Двери съехались, Коля сорвал с шеи собственное полотенце, которое он каким-то чудом не потерял, и связал им дверные ручки. Узел затянул на совесть.
— Уфф! — выдохнул он, облокотился на стену и съехал на пол. Несколько минут непрерывного махания штангой вымотали не хуже прошедшей тренировки. Отдыха-то между подходами не было. Да и подходов не было. Один непрерывный махач. Коля посмотрел по сторонам. Почти всё «племя», побросав снаряды на пол, пыхтело, пыталось отдышаться и остыть.
— А ведь предки наши часами могли мечами махать! — неожиданно сказал Лёха, тяжело дыша.
— По другой схеме, наверное, тренировались, — отдуваясь, предположил Владик.
Коля задумался.
Изнутри аэробного зала начали раздаваться равномерные удары в дверь.
Миша поставил перед сидящими на диване Олей и Машей кружки с чаем, и сам присел в кресло. В соседнем кресле развалился Витёк, прихлебывая молоко из найденного в холодильнике литрового пакета.
Из Олиного рассказа выходило, что Серёга сначала напал на одну из участниц занятия, убил её, отгрыз несколько кусков её руки, после чего она ожила, и уже вместе они убили еще одну женщину из группы. Звучало как бред, но, во-первых, Миша сам видел раны на обеих женщинах, и состояние всех троих. Уж что-что, а на раны он успел насмотреться, хотя и не распространялся об этой странице своей биографии. Во-вторых, это же видел и Витёк, который не склонен к излишней впечатлительности, так что предположение о всяких обманах восприятия исключается. В-третьих, Олин рассказ подтверждает вот эта девочка, Маша, которая тоже была на тренировке.
— Значит так, — веско начал Миша. — В то, чтобы мертвецы вставали и ели людей, я не верю. Мы не в фильме ужасов. Единственное, что может быть — это какая-нибудь болезнь, типа бешенства, например. Серёга её где-то подхватил…
— О! — встрепенулся Витёк. — А тебе Лёха разве не рассказывал?
— Что?
— Так, малец, которого штангой накрыло, Серого в душе тяпнул. Лёха там зелёнки перевёл литр, пока ногу ему замазал. Они еще ржали, как бы Серёга этой ориентацией не заразился… — Витёк подумал, и добавил: — У мелкого, наверное, две болезни было…
— Ну, точно, Лёха говорил, у них же там какой-то конфликт был, и Серый пацана выставил. Так! Витёк, вызывай скорую. Я пока вниз. Юлька же звала, совсем забыл. Клуб надо закрывать на сегодня. Ну его в малину, распространять заразу всякую… Девушки, ну вы сами решайте, что дальше делать. Хотите, посидите тут, телевизор посмотрите. В общем, на ваше усмотрение всё…
Раздав указания, Миша вышел.
Оля сидела на диване, обхватив поданную Мишей горячую кружку двумя руками, и делала маленькие глотки. Чаю она не хотела, но сами привычные действия как-то успокаивали.
В углу, у телефонного столика, молодой Мишин подопечный, Витёк, крутил диск телефонного аппарата, и что-то бурчал себе под нос. Это, почему-то раздражало.
Оля встала, включила телевизор. На экране, естественно, появились люди в деловых костюмах, с серьезными выражениями лиц обсуждавшие что-то непонятное.
— Оля, а какой-нибудь фэшн, или там музыкальный канал есть? — подала идею сидящая рядом Маша. После спасения от монстров она выглядела какой-то потерянной.
Впрочем, сама Оля, наверное, выглядела не лучше. И уж точно, чувствовала себя так же. Ещё час назад всё было как обычно, просто и понятно. А сейчас вдруг оказалось, что людоеды из детских сказок, и монстры из фильмов ужасов существуют на самом деле. И убивают людей по-настоящему. Или не по-настоящему? Анастасия Сергеевна же потом очнулась и сама стала чудовищем. Может это оборотни? Ничего непонятно. Оля встряхнула головой, пытаясь вернуться в «здесь и сейчас». Что там Маша хотела? А! Другой канал!
— Да, сейчас… — Оля несколько раз щелкнула переключателем, — Я сама эти передачи не люблю. Скучные какие-то.
— Ага, — согласилась с ней Маша. — Я посижу у вас тут немножко. Пусть лицо остынет. Неудобно в таком виде показываться.
— Конечно. У меня в раздевалке, кстати, влажные салфетки есть. Принести?
— Да, если можно.
— Странно, — подал из угла голос Витёк, — Всё занято, и занято.