Швейцар Дмитрий ужасно жалел, что подменил простуженного коллегу, и вышел сегодня на работу. Обычно, пятница и суббота были лучшими днями, когда чаевые лились рекой, и поэтому Дмитрий с радостью ухватился за возможность постоять у дверей лишний день. Но сегодняшняя суббота была совсем необычной.
Всё началось с драки прямо около входа в ресторан. Какой-то дёрганый малолетний психопат напал на женщину. Система безопасности среагировала сразу. Дмитрий даже не успел вмешаться, как из ресторана выскочили двое охранников, оторвали психа от женщины, и быстро, но тщательно отработали на нём ряд весьма болезненных ударов. Похоже, правдивыми оказались истории о том, что сумасшедшие не чувствуют боли. Нормальный человек бы уже отключился, а этот юный псих только мычал, и снова лез в драку.
Дмитрий увёл пострадавшую в ресторан, где в служебном помещении пара свободных ребят из персонала смогли обработать её раны, к счастью, неглубокие.
Женщина порывалась вызвать скорую и милицию. Вызов милиции, с их расспросами и поиском свидетелей был совершенно не нужен «Белому орлу» и его гостям. Управляющий и скромное денежное вознаграждение смогли убедить женщину, что одной «скорой» будет вполне достаточно.
Дмитрий к этому времени снова стоял у входа. К своему удивлению, он видел на улице еще нескольких психопатов, таких же, как и первый. Как будто дурдом сегодня вывезли на прогулку в центр города. Несколько раз поблизости слышались сирены. Каждый раз Дмитрий думал, что это «скорая» приехала за их подопечной, и каждый раз сирены смолкали неподалёку.
Вскоре, из ресторана начали разъезжаться гости. Причем, уходили не как обычно. Почему-то сегодня все делали это быстро и тихо. Дмитрию показалось, что лица некоторых выражали страх. Чаевых, на удивление, было много.
После того, как большинство гостей разъехались, наступило небольшое затишье. Однако, скучать не приходилось. Помимо сумасшедших, то и дело попадавшихся в поле зрения, сегодня развила активность милиция. Несколько раз мимо проезжали бело-синие «Победы» с включенными мигалками, а со стороны набережной Дмитрию однажды послышались выстрелы. Или что-то очень похожее.
Наступал вечер. Обстановка нервировала всё сильнее. Дмитрий уже было подумал попросить кого-нибудь из охранников постоять рядом, как выходящий из ресторана метрдотель сказал, что «Белый Орел» на сегодня закрывается, и всем лучше ехать домой. Прямо сейчас. Но Дмитрий решил всё-таки переодеться.
Сейчас, запершись в подсобке вместе с шеф-поваром, держа в руках огромный кухонный тесак, и видя, как содрогается дверь под ударами сумасшедших, еще пару часов назад бывших его коллегами, он жалел и о том, что вышел сегодня на работу, и о том, что не прислушался к метрдотелю. Почти сорок пять рублей чаевых в кармане совершенно его не утешали.
Нет, день не идиотский. День плохой. Даже очень плохой.
Конечно, в жизни Миши были дни и похуже. Взять хотя бы те две недели в четвёртом. Но тогда было всё понятно. С одной стороны Сопротивление, с другой — хунта. Были еще военные, которые перешли на сторону Сопротивления; члены молодёжного югенда, безмозглые, но активные, на стороне «чёрных полковников»; немногочисленные анархисты — против хунты, но не на стороне Сопротивления; и бандиты, не добитые военными — эти были против всех, и занимались, в основном, мародёрством. Да, не очень просто, но, всё-таки, понятно.
То, что творилось сегодня в Гак-клубе, какому-то разумному осмыслению не поддавалось. Запертые в аэробном зале трое посетителей, явно нуждались в медицинской помощи. Такие раны, как на двух женщинах, вообще должны приводить к смерти. Но чтобы раненые люди были настолько агрессивны? Даже в четвертом Миша такого не видел, хотя тогда злоба, кровь, и агрессия были запредельными.
Миша сидел в комнате отдыха для персонала. Вокруг было на удивление многолюдно. У журнального столика расположились почти все оставшиеся в клубе. Оля, Маша и Юля теснились на диванчике, Витёк и Коля заняли кресла, Лёха и Владик сидели на стульях.