— Владик!!! — Маринка звучала всё более осуждающе.
— Что не так? — Владик намеки не понимал вообще, да и не та ситуация, чтобы в угадайки эти бабские играть.
— Ну тут же ребенок! А ты что говоришь?
— А, б… — Владик осекся, и хлопнул себя по лбу.
Максимыч тем временем затормозил, повинуясь взмаху жезла. Толстый милиционер с лейтенантскими погонами наклонился над окном, заглянул в салон. Максимыч открыл дверь.
— Лейтенант Добролюбов, — утомленным голосом представился милиционер, — доброй ночи!
— Доброй! — ответил Максимыч.
— Права, документы на машину есть с собой?
— Конечно. — Максимыч откинул солнцезащитный козырек, вытащил из кармашка документы и протянул лейтенанту.
Тот пробежал глазами, вернул назад. Снова заглянул в салон.
— Сигнал поступил, что вы оружие везете, граждане.
Вот скотина жирная! Ментам слила! Ну попадется она еще, земля круглая. Владик подавил поднимающуюся злость.
— Да ну, что вы! У нас тут женщины, дети. Какое оружие? — постарался он придать максимум искренности голосу.
— А это у вас что такое?
— Спортивные снаряды. Гантели там всякие, и всё такое, — ляпнул Владик самое очевидное, что пришло в голову, и показал лейтенанту находящуюся под рукой булаву. — Во!
Лейтенант, судя по взгляду, ни разу не поверил. Он тяжело вздохнул, устало взглянул Владику в глаза. Ну понятно, у парня своих проблем, по ходу, выше крыши, а лишние не нужны. Был сигнал, он отреагировал, информация не подтвердилась. Тем более, что, в отличие от Владика, Максимыча с женщинами и мальчиком вообще нельзя было заподозрить ни в чем противоправном.
— Понятно, — сказал милиционер. — Счастливого пути!.. И берегите себя, — неожиданно прибавил он.
— Постараемся. — Максимыч завел мотор. — Вам тоже удачи!
Но лейтенант уже отходил к своей «Победе».
Максимыч выехал на Московское шоссе, и прибавил газу. Дорога была довольно оживленной для ночи между выходными. На север, в сторону Москвы, шел редкий поток автомобилей. В основном, легковушки, груженые всяким скарбом. Не один Владик решил уехать из города пока не началось. Набрав скорость, «Победа» перестроилась в крайнюю левую полосу.
Максимыч включил радио. Повращал колесиком, настраиваясь на одну из местных музыкальных станций. К удивлению, вместо музыки, голос диктора зачитывал сообщение: «… Если Вы или кто-либо из Ваших родственников заражен, необходимо изолировать больного в отдельном помещении, с возможностью запереть его. После этого, сообщите о наличие зараженного по телефонам службы спасения, милиции, или „скорой помощи“, и ждите приезда медицинской бригады. Ни в коем случае не выпускайте зараженных их запертого помещения. Не покидайте своего жилища без крайней необходимости. Запритесь у себя дома, и ожидайте дальнейших сообщений. Повторяем, в Орле произошла вспышка атипичного бешенства. В город прибывает медицинская помощь, помощь служб гражданской обороны, развернуты мобильные госпитали. Ситуация находится под контролем. Если вы, или кто-либо из Ваших родственников…»
— Гляди-ка, по радио объявили. — удивился Максимыч. — Ну, сейчас начнется.
— Угу, — подтвердил Владик.
Он порадовался, что успел забрать Маринку с роднёй до объявления по радио. Услышав трансляцию, большая часть орловчан ломанется на трассы, и к гадалке не ходи. Естественно, начнется столпотворение и пробки. И если в толпе окажется хотя бы пара мертвяков, а они окажутся, их уже по всему городу навалом, то всё, аллес, шансы на выживание нулевые.
Неожиданно, Владику в голову пришла ценная мысль.
— Владимир Максимыч, а что у нас с бензином? — спросил он.
— Да с полбака будет.
— Давай-ка завернем на заправочку, зальемся по полной. Кстати, канистры есть?
— В багажнике болтается одна. На десять литров.
— И её тоже. На всякий случай.
Максимыч принял вправо, ушел в крайний ряд, и свернул на заправку, одну из двух стоящих на по обеим сторонам дороги на выезде из города. Он подрулил к свободной колонке. Владик снова порадовался, что вовремя выехали. На заправке почти не было машин. Зато у выезда стоял красный «Москвич» с характерными красными брызговиками и шторками на заднем стекле. Около него суетился мужичонка, протирал фары и ветровое стекло.
Владик недобро ухмыльнулся.
— Я на пару минут, — сообщил он сидящим сзади женщинам, и вышел из машины.
Гатлинг он решил с собой не брать. Много чести. А вот булава будет как нельзя кстати. Быстрым шагом подойдя к «Москвичу», он отвел булаву в сторону и со всего размаху обрушил её на задний фонарь машины. С громким треском во все стороны брызнули осколки красного и оранжевого пластика. Владик опустил булаву на второй задний фонарь, разнес его вдребезги, заодно помяв крыло.