По глазам ударил яркий, слепящий свет. Владик прикрыл глаза рукой. Судя по хлопнувшей двери, Максимыч поспешил убраться в дом.
Слепя прожектором, шагоход приблизился к Владикову участку, встал у забора. С высоким шипящим звуком поднялась верхняя часть капсулы, как будто открылась раковина моллюска.
— Доброй ночи! — поприветствовал Владика мужской голос. — Командир второго отделения младший лейтенант Семенов Андрей Петрович, Тульская Бронемашинная.
— Лампочку притушите, Андрей Петрович, разговаривать невозможно! — нервно ответил Владик, прикрывая глаза рукой.
Прожектор погас. Владик часто заморгал, потом потер глаза. Перед глазами прыгали разноцветные «зайчики».
— Ослепили напрочь! Вон же, фонарь висит. — Владик ткнул пальцем вверх, указывая на тусклую лампочку на столбе.
Зрение потихоньку стало возвращаться. Он уже мог различить красную звезду с белой полосой по краям на оливковом борту шагохода, и цифры «26» рядом с ней. По бокам кабины торчали два расчехленных ТГ, один в один как у него на чердаке. Так вот на что эти зверюги устанавливались!
— Товарищ дачник, — продолжил разговор Семенов. Он сидел повыше, на месте стрелка, — вы как давно здесь находитесь?
— Со вчерашнего… Ну, то есть, уже с позавчерашнего вечера, — соврал Владик. По-хорошему, стоило выяснить, на каком основании этот младший лейтенант вообще вопросы задает, но нацеленные на него гатлинги наводили на мысль, что перегибать палку не стоит. — С пятницы, в общем.
— Ничего подозрительного не замечали? — не унимался любопытный военный.
— Вас, — лаконично ответил Владик. — Здесь такого сроду не было.
— А если серьезно?
— Да блин, тут одни дачи кругом! Пенсионеры, огороды, бани и шашлыки! — психанул Владик. — Тут вообще ничего никогда не происходит! Потому и приезжаем. Местные про вас теперь внукам рассказывать будут.
Семенов хрюкнул.
— Я смотрю, у вас тут просто пастораль какая-то!
— Что у нас? — уточнил Владик. Что такое пастораль он не знал, но уловил иронию в словах младлея.
— Тишь да гладь, говорю, — объяснил Семенов.
— Так бы и сказал.
— А я так и сказал. В общем, не важно, проехали. А теперь к делу, товарищ дачник. Вы новости смотрели?
— Нет, — снова соврал Владик, — а что?
— Такое дело… Город Орел закрывается на карантин, там эпидемия сейчас. Данный дачный поселок находится на границе санитарной зоны. Так что мы патрулировать тут будем. А вы, если заметите каких-то незнакомых лиц, запирайте двери, окна, и сразу связывайтесь с нами. Больные агрессивны, и очень заразны… Или лучше сразу уезжайте еще куда-нибудь. В Орел теперь неизвестно когда можно будет вернуться.
— Ну и как нам с вами связываться? Голубиной почтой? — Владик осекся. — Что значит «неизвестно когда»?
— Значит, что мы сами не знаем, как долго карантин продлится. Официальное объявление распространим завтра, а сейчас просто поосторожнее. А лучше бы вам вообще уехать.
— Блин… — Владик не ожидал от военных такой откровенности, и искренне недоумевал, почему они так настойчиво пытаются его выпроводить из его владений. — Ну, сейчас мы все равно никуда не дернемся, а завтра посмотрим.
— Да, вы уж тут определяйтесь. А мы завтра еще наведаемся. Счастливо оставаться!
Младлей козырнул. С неприятным шипением верхняя часть кабины опустилась, скрывая вояк от глаз Владика. Шагоход повернулся, и потопал дальше по улице, шаря по сторонам ярким лучом прожектора.
— Вот только их не хватало, — буркнул Владик. Он развернулся, и пошел в дом.
В прихожей встретил Максимыча, спускавшегося по лестнице.
— И чего они хотели?
— Странные они какие-то. На полном серьезе говорили, что, мол, уезжать нам отсюда надо. Щасса я прям брошу все, и поеду неизвестно куда.
— Может и правы. Здесь чем жить? Уже ничего не посадишь, сентябрь. Зима наступит, что жрать будем?
— Максимыч, не гунди. Во-первых, тут полон поселок садов-огородов. Если за завтра соседи не появятся, значит ждать нам их, пока карантин не снимут. А здесь по погребам всякой картошки да солений тоннами, будто сам не знаешь. Ну, позаимствуем немного. Весной возместим, если что. В смысле, если будет кому. — Максимыч попытался было что-то сказать, но Владик поднял палец, обозначая, что он еще не закончил. — А во-вторых, куда ехать-то??? Здесь все свое, а больше никто меня нигде не ждет. Ну, кроме Лёхи на его даче. Так у него, наверное, своих ртов достаточно, помимо нас. Так что сидим здесь и смотрим, чем все это закончится. Вообще, завтра надо бы поселок обойти, понять, кто сейчас живет, а какие дома пустуют. На будущее пригодится, да и вообще, с соседями дружить надо.