Клэр увидела его затылок, волосы, идеально уложенные гелем, а также его привычные брюки от смокинга Армани и идеально отглаженную белую шёлковую рубашку. Она не могла вспомнить, сколькими он владел. Она знала, что их было много. Крупное очертание Тони казалось незначительным в сравнении с высотой стеклянного окна. За ним небо заполнялось цветом, создавая великолепный вид с мостом Золотых ворот на переднем плане.
Злость, растущая в её груди, улеглась, когда она услышала его голос. Источался нехарактерный гнев. Он орал на какую-то бедную душу по телефону, трубку которого он крепко держал в правой руке. Своей левой рукой он вертел шнур. Это была завязка, удерживающая портьеры на краю панорамы изумительного вида.
- Она не должна быть здесь. Он должен был остаться. Нет, это не приемлемо. Это было планом давным-давно. Если ты не в состоянии, я найду кого-нибудь, кто сможет с этим справиться.
Он повернулся, услышав, как вошли Эрик и Клэр. Его глаза тлели. Вопреки тёмной черноте в его радужках, огонь сверкнул из глубины недосягаемой бездны. Клэр поискала в его выражении лица признаки гарантий, не обнаруживая ни одной; она задрожала, зная глубину темперамента этого человека.
Слова протеста, которые она молча репетировала с момента, как вошла в лифт, испарились в облаке ярости Тони. Всей своей душой, Клэр молилась, что она была не той, кто должен исчезнуть или не являлась причиной его ярости.
- Двадцать минут. Я буду ждать.
Он нажал на отбой и положил телефон в карман своих брюк от Армани.
- Спасибо, Эрик. Мисс Клэр останется со мной. Пожалуйста, позаботься обо всём остальном. Я опаздываю на благотворительный приём, и это меня очень расстраивает.
- Да, мистер Роулингс. Двадцать минут?
- И ни секундой более.
Эрик кивнул и направился обратно к двери.
- Да, сэр.
До того, как Клэр смогла моргнуть, Эрик исчез в коридоре, и она услышала, как закрылись большие двойные двери.
Клэр сжала свою сумочку и нервно пробежалась пальцами по шёлку палантина, теперь лежащего на её руке. Эрик был источником тревоги, но его уход был более пугающим. Она напряжённо замерла перед своим бывшим мужем. Выпрямившись, она пыталась сделать тон своего голоса формальным, она старалась создать видимость грозного, но почтительного тона:
- Тони, пожалуйста, объясни …
Он не позволил ей закончить предложение. Мгновенно его грудь впечаталась в её, а её подбородок взлетел вверх, управляемый его сильным захватом. Его тёплое дыхание ударило ей в лицо, когда хлынули резкие слова:
- У меня нет ни малейшего намерения быть на общественном сборище или где-либо ещё, где будешь ты с другим мужчиной. И ты глупа, если допускаешь такую возможность.
Клокотание желчи в её желудке вызвало дрожь веё коленях, но всё же её голос остался прежним:
- Я согласилась посетить данное торжество недели назад. И я не знала о том, что ты будешь здесь, до сегодняшнего вечера.
Его захват усилился, пока он удерживал её изумрудные глаза прикованными к его глубинам темноты.
- В таком случае, твой информатор некомпетентен, как и средства сетевой защиты в СиДжо.
Несмотря на то, что её поза осталась той же, её глаза запылали:
- Что ты сделал?
- Ничего. Пока у твоих друзей не проснётся всепоглощающее чувство сознания, требующее от них проинформировать общественность об их фактическом провале, ничего страшного не произойдёт.
Клэр застыла. Её хорошо заученный протокол не позволил бы ей вырваться из его захвата. Несмотря на это, её глаза кричали от его неправоты:
- Зачем?
Когда его рука выпустила её лицо, Клэр сгорбилась. Делая шаг назад, Клэр оценивала мужчину, стоящего перед ней. Он всё ещё был очень раздражённым. Однако ей необходимо было знать:
- Зачем ты это сделал?
- Я сказал тебе, Клэр. Я знаю твои слабости. Это твоя забота в отношении других. Одному Богу известно, почему, но Эмбер МакКой была добра по отношению к тебе. Её компания не пострадает.
Он сделал паузу и прошёл к окну. Небо в оранжевые и красные разводы теперь темнело. Земля за мостом пестрела от света, так как мост сверкал от искусственного освещения. Повернувшись, Тони взглядом преследовал её, его командный голос заполнил пространство большой комнаты:
- Если ты будешь следовать моим правилам.
Сердце Клэр провалилось. Её ноги подкосились, а желудок сжался. Это было её ночным кошмаром, её самым большим страхом. Она убедила себя, что она могла быть хозяйкой положения. Её внутренний голос пытался предупредить её, но Клэр не слушала. А теперь было слишком поздно. Внезапно выражение его лица изменилось:
- Тебе нехорошо? Ты побледнела.