Боже, как же она его ненавидит! Или нет? Всё внутри неё напряглось, когда вернулись ощущения прошлой ночи. Эти неуместные чувства, сидящие в глубине души, угрожали несоответствующему звучанию её голоса.
- Что-то я не припоминаю, чтобы доступность была для тебя проблемой.
- Будь осторожна, Клэр. Иначе эти слова можно расценить как приглашение.
- Тогда ещё раз повторю, тебя неправильно поймут.
Она поднялась на ноги.
Тони встал и шагнул ей навстречу. Она продолжала стоять твёрдо и уверенно, выпрямив спину и держась так высоко, насколько ей мог позволить её невысокий рост. Но в то же время она была готова потерять контроль. Их тела не соприкасались, их разделяли несколько сантиметров. Эти самые сантиметры могли быть километрами. Расстояние создавало глубокую пропасть, заполненную величиной багажа и воспоминаниями. Эта узкая расщелина служила непреодолимым барьером.
Но могла ли она сомкнуться? В его голосе слышался не просто намёк на чувственность.
- Мне кажется, ты хочешь того же, что и я, и так же сильно, как и я.
Клэр притворилась сильной и пренебрежительной. Что она как-то сказала Филиппу Роучу? Что не рекомендует лгать своему бывшему мужу. И вот она в этот самый миг занимается тем же самым.
- Если ты имеешь в виду, что я хочу, чтобы ты ушёл, то ты абсолютно прав. А если что-то другое, то оно далеко от истины.
Аромат его одеколона проникал в её подсознание - тот же самый пьянящий запах, проникающий в её сны.
Его голова медленно наклонилась. Клэр опасалась, что он её поцелует. Она хотела отстраниться и в то же время хотела почувствовать его губы на своих. Она боролась с порывом приподнять подбородок и отдать в его власть свой голодный рот.
Она смогла прийти только к одному возможному выводу - Тони являлся огромным магнитом. Его притяжение влияло на всё: начиная от вращения земли до способности её разума рассуждать. Проиграв эту битву, она медленно подняла лицо.
Он нежно удерживал её за подбородок, пока в его голосе продолжали звучать чувственные нотки:
- Ты, моя дорогая, никогда не была хорошей лгуньей.
Мгновенно обретя силы, Клэр сердито отстранилась и села. В этом глупом поединке глаз она охотно признавала своё поражение. В его близости было больше, чем она могла выдержать. Ей нужен воздух и пространство. Она снова скрестила руки на вздымающейся груди, спровоцировав трение её предательских сосков. Она расстроенно призналась:
- Ты прав. Твоё двуличие намного превосходит мои скромные попытки во лжи. Я преклоняю колени перед твоим исключительным лицемерием.
Тони вновь сел на своё место на диване, и его колени соприкоснулись с ее ногами.
- Я знаю, что у тебя нет причин верить мне, но ты должна знать, почему я приехал в Калифорнию.
Она подняла глаза и встретилась с его ясным взором.
- И почему же?
- Чтобы забрать тебя обратно в Айову.
Клэр уставилась на своего бывшего мужа. Её тут же накрыла паника. Она сидела в потрясении и не в состоянии ответить, боясь довериться своему голосу. В голове промелькнула привлекательная идея ударить его по самодовольному лицу и наорать на него. Но она знала, что не смогла бы этого сделать. Своей предыдущей тирадой она уже попытала удачу. Но, тем не менее, эта мимолётная мысль вызвала у нее улыбку. В то же время она боролась с желаниями, одолевавшими её всю ночь напролёт. Самая вероломная часть неё хотела забыть обо всех причинах и взять всё, что он предлагает, и даже больше. В итоге здравый смысл победил, и она ответила:
- Ну, с учётом того, что на этот раз у меня есть выбор, я отвечу «нет».
- Кэтрин скучает по тебе.
Она искала в выражении его лица неискренность и не обнаружила ни малейшего признака. Но в прошлом она уже делала ошибочные выводы. Произнесённое вслух женское имя вызвало боль в сердце. У Клэр не было причин врать:
- Я тоже по ней скучаю. – А, помедлив, спросила: - Она считает, что я пыталась тебя убить?
Его мимолётная улыбка и мягкость во взгляде испарились. Прервав зрительный контакт, он посмотрел на свои собственные руки. Слегка покачав головой, ответил:
- Не знаю. Мы никогда это не обсуждали. Я лишь знаю, что сначала она беспокоилась за меня. Потом, когда я поправился, она расстроилась. Но я не знаю наверняка, было ли это из-за тебя или из-за меня. Эта тема никогда нами не поднималась.
- Тогда откуда ты знаешь, что она скучает по мне?
- Просто знаю. Как только стало известно о твоём помиловании…
Она перебила его:
- Ты был взбешён.
На этот раз он поднялся со своего места и стал расхаживать. Клэр наблюдала за тем, как сжимаются и разжимаются желваки на его челюсти. Она видела и раньше такое - его попытку сохранить контроль. Отчасти она хотела, чтобы он его потерял. Это далеко не мазохистское желание, просто так многое бы прояснилось. Намного легче противостоять пугающему и доминирующему мужчине, нежели чувственному, умоляющему о прощении.