Был конец апреля. Погода была прохладной, стоял небольшой плюс, снег начинал таять. Поднимаясь по горке вверх, я услышал легкий шлепок и мычание. — Ауч, черт. — Повернувшись, увидел, что девушка лежит спиной на снегу. Я начал спускаться обратно, двигаясь в ее сторону. Обошел ее, наклонился.
— Девушка, с вами все в порядке? — Взглянув на нее, я увидел улыбку, и все мое тело словно ударило током. Под красой шапкой скрывались черные длинные волосы, молодое лицо с легким румянцем на щеках. Зеленые глаза горели ярко, словно два изумруда. Кожа, упругая и гладкая, была наполнена здоровьем. На меня смотрел ангел. Я был поражен ее красотой. Улыбнувшись, она ответила.
— Да, все хорошо. Я такая неуклюжая, поскользнулась на ровном месте.
— У вас ничего не болит? Давайте я помогу вам встать. — Я протянул ей руки, она в ответ протянула свои. Этот момент касания сложно описать словами, я почувствовал приятное покалывание по всему телу, не знаю, что это было, однако я понял, что это начало. Поднявшись, она взяла свой рюкзак. — Позвольте вам помочь подняться по горке.
— Не стоит, со мной действительно все в порядке.
— Да, но все же мне так будет спокойней, мало ли я стану виновником еще одного вашего пируэта. — Я вытянул локоть, предлагая ей обхватить его. И она ответила согласием. Поднимаясь по горке, она вцепилась в меня крепко, даже слишком. Я, почувствовав, как ноги начинают скользить, развернулся на девяносто градусов и упал. По цепной реакции прекрасная незнакомка, крепко держащая меня за локоть, упала вместе со мной. Мы лежали на мокром снегу. Я и она справа, и оба смеялись.
— Вы действительно стали виновником еще одного моего пируэта.
— Простите, обычно я более устойчивый.
Лежа на снегу, мы смотрели в небо. И тут я понял, осознал, что просто обязан познакомиться с этой девушкой, нельзя упускать такой шанс, пускай будет что будет.
— Меня Абель зовут.
— Дженифер.
— Очень приятно, Дженифер.
— Взаимно. Честно признаться, никогда таким образом не знакомилась с людьми.
— Да, я тоже.
— Думаю, нам пора вставать. — Опираясь на одну руку, я встал на колени, а затем и на ноги. Подал ей ладонь и подтянул к себе. Она обеими руками коснулась моей груди, наши лица были так близко друг к другу, я почувствовал ее свежее дыхание, вперемешку с легким морозным воздухом. Ее парфюм с нотками апельсина, сладкий, но в меру. Она снова улыбнулась, чуть покраснев и опустив взгляд. Я, признаться, чувствовал себя не менее неловко.
— В этот раз мы точно покорим этот Эверест.
— Не знаю, стоит ли вам доверять снова.
— У вас нет выхода. — Я протянул ей свою руку, вытянув ее на максимальное расстояние. Взявши ее, она сжала мои пальцы. И я одной ногой двигался вперед, а вторую ставил рядом, подтягивая ее за собой. Через три с половиной шага мы оказались наверху.
— Было весело, — сказала она.
— Да, согласен. Вы, наверное, промокли и замерзли, позвольте искупить свою вину и угостить вас чаем. Заодно и обсудим следующий подъем.
— А вы уверены в себе. — Она слегка прищурила глаза и посмотрела на меня. — Хорошо, я согласна, только кофе, а не чай.
— Как скажете, кофе так кофе, а я буду чай. — Не то, чтобы я не любил кофе, скорее наоборот. У меня была легкая кофеиновая зависимость, но я старался пить его как можно реже, моя и без того капризная кожа моментально реагировала на переизбыток кофеина или сахара в организме. Мы дошли до ближайшей кофейни и устроились там.
— Вы верите в любовь? — вдруг спросила она. Признаться, странный вопрос, тем более для начала беседы. Хотя я сам всегда считался странным, особенно для новых людей. Мои знакомые и семья понемногу привыкли к моим вечным витаниям в облаках.
— Аммм, это сложный вопрос, скорее нет, чем да.
— Ого, никогда не встречала людей, которые не верят в любовь, наверное, тяжело вам живется.
— Наверное. Не то, чтобы я не верил в нее, скорее не знаю, что скрывается под эти термином, ведь нигде нет точного определения. Вот вы, например, можете мне его дать?
— Рассказать вам, что такое любовь?
— Да, в вашем понимании.
— Ну… — Она задумалась и начала перебирать салфетку в руках, а затем опустила глаза, разглядывая стол. — Это когда ты смотришь на человека и понимаешь, что, кроме него, тебе ничего в этом мире не нужно. Все уходит на второй план. Когда ты просто можешь молча сидеть с ним рядом по несколько часов, а время вокруг замирает. Когда не хочется вылезать из кровати, а хочется остаться в ней навсегда, лишь бы чувствовать тепло, которое исходит от твоей второй половины. Чувствовать его дыхание, сердцебиение. Когда спать некогда, потому что вы строите планы на будущую жизнь, планируя все до мельчайших деталей, вплоть до того, где проведете старость. Когда тебе не нужно притворяться, тем, кем ты не являешься на самом деле. Когда не нужно хранить секретов и тайн. Когда не боишься своих недостатков. Когда тебе легко и голова слегка кружится, а земля под ногами отсутствует. Когда ты паришь, словно в облаках, а сила гравитации не имеет значения. — Слегка погрустнев, девушка отвела глаза в сторону и положила руку под подбородок.
Я, признаться, был обескуражен, не ожидал услышать такого ответа. Как будто он был заготовлен заранее. Я разглядывал каждый сантиметр ее лица, внимательно, не пропуская деталей. Ее обворожительная, белоснежная улыбка, аккуратно накрашенные блеском губы. Она даже улыбалась глазами, а когда улыбалась, ямочки на щеках становились более заметными. Темные, аккуратные брови, ресницы, которые не были накрашены, но все равно прекрасно выделялись. Ее лоб, на котором не было ни морщинки. На этой девушке вообще было мало макияжа, скорее аккуратно наложен тональный крем, который придавал лицу легкую смуглость. Ногти, покрытые черным лаком. Юбка чуть выше колен. На ней был красивый вязанный белый свитер с высоким горлом, сложенным вдвое. Она выглядела очень стильно, что было немаловажно для меня. Я начинал понимать, что мне жизненно необходимо узнать ее лучше. Я хотел было показать свое изумление от сказанного ею, но вместо этого съязвил.
— Слишком много «когда».
— Вы не романтичный, как я вижу. — Переведя взгляд на меня, она добавила. — Не знаю, возможно.
— Любовь слишком идеализирована. СМИ, кинематограф, музыка — все это показывает нам, какая она должна быть. Нам ее навязывают, рисуют ее образ. — Немного подумав о сказанном, я вдруг прикрыл глаза. «Черт, Абель, что ты несешь, сейчас спугнешь девушку». Этого я допустить уже не мог. — Простите, я не такой черствый, каким мог вам показаться. Вы так описали это чувство, сразу видно, что вы любили, а может быть, любите и сейчас. — Я договорил и мысленно помолился: «Нет, пожалуйста, скажи, что я не прав».