Советский Союз проявил должную демонстративную сдержанность по поводу договора от 19 октября, однако вновь открывшиеся некогда секретные дипломатические документы показывают, что СССР был сильно обижен на Турцию за ее самостоятельную позицию по целому ряду вопросов. В справке, подготовленной заведующим отделом Ближнего Востока Наркоминдела Н. Новиковым, указывалось, что, прервав переговоры с СССР в октябре 1939 года и демонстративно подписав пакт с англо-французским блоком, Исмет Иненю всецело разоблачил себя как политика-англофила.
Советские дипломатические органы считали, что, став президентом, И. Иненю очень легко попал под влияние проанглийских сил, переориентировавших его с СССР на Англию. Советская сторона даже подозревала, что и президентом Турции Иненю стал с помощью англичан. И даже его окружение, будто бы подкупленное англичанами, доказывало ему, что единственный путь к спасению для Турции лежит через союз с Англией.
После визита в Турцию в январе 1940 г. Георгиев представил в Коминтерн обширный отчет «Мои впечатления о положении в Турции», в котором оценивает деятельность И. Иненю несколько иначе. Он писал: «Но в верхах управляющих нет единодушия по внешней политике. Перед моим отъездом я получил сведения, что существуют крупные разногласия среди правительственных кругов по внешней политике. И что председатель республики Исмет Иненю есть противник англо-французской ориентации. Насколько это верно, не знаю, так как не имел возможности проверить».
Наркомат иностранных дел СССР официально не демонстрировал жесткого отношения к англо-франко-турецкому пакту, но в статье, подготовленной в Наркоминделе для публикации в «Известиях», были затронуты некоторые моменты. Критические стрелы летели в адрес Англии и Франции, а в отношении Турции чувствовалась лояльность и осторожность. Отмечалось, что была сделана неудачная попытка при помощи параллельных пактов между СССР и Турцией, с одной стороны, и между Англией, Францией и Турцией — с другой, вовлечь СССР в комбинацию, направленную, главным образом, против Германии и эвентуальных противников Англии и Франции в бассейне Средиземного моря. Однако Советский Союз вовремя и правильно распознал дипломатические ходы англичан и французов в целях спекулировать на традициях советско-турецкой дружбы в своих интересах. «Ясная и решительная позиция Советского Союза расстроила «хитроумные» планы тех, кто пытался вновь разжечь вражду между Германией и Советским Союзом».
31 октября председатель СНК СССР и нарком иностранных дел В. Молотов выступил на заседании Верховного Совета СССР с докладом «О внешней политике Советского Союза», в котором сделал обстоятельный анализ событий осени 1939 года в Европе и в мире. Все тезисы доклада были направлены на оправдание советско-германского сотрудничества в августе-сентябре 1939 г. В. Молотов искусно переложил ответственность за начало мировой войны на англичан и французов, а раздел Польши между Германией и СССР назвал справедливым и законным актом. В. Молотов заявил, что отношения с Германией коренным образом улучшились. Это выразилось в укреплении дружественных отношений, расширении практического сотрудничества и оказании Германии политической помощи в ее мирных устремлениях. Этот доклад был опубликован 1–2 ноября в «Правде», «Известиях» и во всех республиканских газетах.
В этом докладе В. Молотов коснулся и московских переговоров с министром иностранных дел Турции в сентябре-октябре 1939 г. При этом, фальсифицируя ход событий, всю вину за неподписание союзного договора возложил на Турцию. По вопросу Черноморских проливов В. Молотов отметил, что Турция отвергла идею заключения пакта, и заявил: советско-турецкие переговоры не увенчались подписанием пакта, однако позволили прояснить или хотя бы определить ряд интересующих нас вопросов… В результате московских переговоров и по результатам политических актов турецкого правительства многое в политике Турции нам стало ясно. Как известно, турецкое правительство связывает свою судьбу с группой европейских стран, в данный момент участвующих в войне. Турция заключила пакты с Англией и Францией, уже два месяца как воюющих с Германией. Тем самым Турция отбросила политику осторожного нейтралитета и вошла в сферу расширяющейся европейской войны. Это очень обрадовало Англию и Францию, стремящихся вовлечь в войну возможно большее число нейтральных стран. Не будем гадать: пожалеет об этом Турция или нет. Мы только отмечаем эти новые моменты в политике нашего соседа и должны внимательно следить за ходом дальнейших событий. Если Турция в определенной мере связала себе руки и встала на сторону одной из воюющих сторон, хотя это и опасно для нее, видимо, турецкое правительство берет на себя эту ответственность.