Кроме публикации документов из немецких архивов, обзор советско-немецких отношений в 1939 г. есть в статье С.А. Горлова «Советско-германский диалог накануне пакта Молотова — Риббентропа 1939 г.» в журнале «Новая и новейшая история», № 4, 1993. Причем из 22 страниц 15 отведены именно событиям мая-июля. Суммируя информацию из этой статьи с текстами документов и другими публикациями, можно получить определенную последовательность советско-немецких контактов в мае-июле 1939 г. и их направленность.
Итак, 17 апреля советский посол Мерекалов посетил статс-секретаря Вайцзеккера. После чего уехал в Москву на совещание (пленум) и в Берлин уже не вернулся.
4 мая германский поверенный в делах Типпельскирх сообщил в Берлин о смещении Литвинова и о назначении наркомом иностранных дел Молотова. (Кстати, интересное положение — нарком иностранных дел «по совместительству» является еще и главой правительства! В случае проведения «деликатных» переговоров — очень полезно!)
Сообщение эстонской газеты «Пяэвалнхт» 4 мая 1939 г.:
«Москва, 03.05. (ЭТА) (ТАСС). Указом Президиума Верховного Совета Советского Союза Председатель Совета Народных Комиссаров Молотов был назначен народным комиссаром по иностранным делам и нынешний народный комиссар Литвинов был освобожден от исполнения этих обязанностей по собственному желанию.
8 дополнение к этой телеграмме ТАСС наш корреспондент в Варшаве получил из Москвы следующую информацию: официально нынешний народный комиссар иностранных дел Советского Союза уходит по своей просьбе, однако в действительности причиной этому является недовольство в Кремле внешней политикой Литвинова, которое возникло в связи с русско-английскими переговорами. Там считают, что за границей о переговорах Литвинова возникло впечатление, будто Англия сумела выторговать себе ведущее положение и руководит Россией. Уход Литвинова, вероятно, окажет влияние на эти переговоры, сделав их еще более проблематичными. Некоторые иностранные круги в Москве считают, что Молотов будет тверже выступать против пожеланий Англии и не пойдет на уступки, пытаясь диктовать позицию Москвы. Одновременно могут возникнуть предпосылки для соглашения с Германией, против которых решительно выступал Литвинов. Уход Литвинова значительно облегчил бы заключение договора с Германией, поскольку личность Литвинова сама по себе во всех отношениях для Берлина неприемлема…»
На следующий день, 5 мая, советник Шнурре пригласил к себе советского советника Астахова (который стал временным поверенным) и сообщил ему ответ на запрос 17 апреля, сделанный Мерекаловым. Ответ был положительным. Германия согласна соблюдать советские контракты с заводами «Шкода». Астахов поблагодарил и поинтересовался, будут ли немцами возобновлены переговоры, прерванные в феврале. Особенно в связи с заменой советского наркома иностранных дел. Шнурре ответил уклончиво, что вопрос изучается.
9 мая Астахов представил в МИД Германии нового начальника берлинского отделения ТАСС Ивана Филипповича Филиппова. Состоялась беседа между ними и заместителем заведующего отделом печати МИД Германии Брауном фон Штуммом. В беседе затрагивалась тема улучшения двусторонних отношений. Иван Филиппов в 60-х годах XX века в издательстве «Международные отношения» опубликовал свои мемуары, в которых написал, что в центральном аппарате ТАСС он начал работать в июле 1938-го. А работники иностранного отдела объяснили ему, что он намечен к поездке в Германию, где будет заведовать берлинским отделением агентства. Для этого ему требуется приобрести необходимый опыт корреспондентской работы и улучшить знание немецкого языка.
17 мая Астахов пригласил к себе Шнурре обсудить положение советского торгпредства в Праге, которое СССР хотел бы преобразовать в филиал торгпредства в Берлине. Шнурре предположил, что вопрос будет решен положительно. Затем Астахов перешел к обсуждению темы развития советско-германских отношений. Он отметил, что между двумя странами нет противоречий в международной политике. И что отношения могли бы улучшиться. Шнурре напомнил о советско-английских переговорах. Астахов намекнул, что они вряд ли дойдут до серьезных результатов.
20 мая состоялась первая более чем часовая встреча между немецким послом Шуленбургом и Молотовым, который заявил Шуленбургу о невозможности серьезно проводить торговые переговоры без подведения под них «политической базы». Шуленбург пытался уточнить ее суть, но Молотов уклонился от конкретного ответа. В отчете, отправленном в Берлин, Шуленбург предположил, что СССР ожидает от Германии инициативы в этом направлении. Либо имеет смысл подождать, чтобы выяснить, не будет ли СССР использовать германские инициативы с целью шантажа Англии и Франции.