— Очень важно брать на себя ответственность за то, что ты сделал в период зависимости. И ты сделал это, поговорив с Роуэном. Я горжусь тобой. Но ты не можешь позволить вине тянуть тебя назад. Это уже случилось. Ты поговорил с ними, ты признал их чувства и извинился. А это, между прочим, совсем не просто.
— Спасибо. Я правда стараюсь.
Мы переключаемся на Ли и на то, что я увижу ее сегодня вечером. Я на, капец, нервах, но стараюсь с этим справляться. Мы говорим о тяге и о том, как мне до сих пор почти каждый день хочется выскочить из собственной кожи, настолько сильно я хочу выпить. Но я не могу этого сделать. Это будет шаг назад, а не вперед.
Думаю, тут как раз помогает то, что я мыслю логически. Я не могу просто выпить один бокал или сделать один глоток. Один никогда не останется одним, до тех пор, пока не станет последним, и тогда я сдохну от этого.
Как только сессия заканчивается и я выхожу из кабинета, я набираю Ли. Гудки идут до конца, и включается голосовая почта. Я сбрасываю и отправляю ей сообщение, пишу, что приеду, как только закончу встречу через пару часов. Возможно, она в душе или спит. Она думает, что я не замечаю, как она уходит от ответов, когда я спрашиваю, как она себя чувствует и что у нее со здоровьем, но я все вижу. У меня все еще есть камеры направленные на ее квартиру, так что я знаю, что-то происходит. И сегодня ночью я узнаю что именно.
Набираю Дэвиса. Он отвечает на втором гудке:
— Что такое, Бирн?
— Встретимся в закусочной перед встречей?
Мы держим звонки короткими, потому что оба терпеть не можем болтать по телефону, если только не говорим со своими девушками.
— Смотря по какому поводу. Ты готов наконец-то собрать яйца в кулак и приступить к четвертому шагу?
— Ха-ха, ну ты и юморист. Уж «мужика» во мне хватает, но спасибо за заботу. А если серьезно — да. Как скоро сможешь?
— Буду через тридцать минут. Прорвемся вместе.
Я громко выдыхаю, прежде чем ответить:
— Ладно. Тогда до встречи.
Мы попрощались и повесили трубки. Я усаживаюсь в свой джип, и в тот момент, когда собираюсь бросить телефон в подстаканник, он вибрирует у меня в руке. Я решаю проверить сообщение, прежде чем выезжать.
Мак: Я приеду сразу после встречи. Не могу дождаться, когда обниму тебя сегодня ночью, Красавица.
Ли: Я так рада. Пусть встреча пройдет хорошо, а потом сразу ко мне. Я скучала.
Улыбка появляется сама собой, без спроса.
Мак: Я буду у тебя быстрее, чем ты успеешь соскучиться. Перед этим заеду к Дэвису. Я скучал по тебе больше, чем пустыня по дождю.
Ли: А откуда мне знать, что ты говоришь серьезно?
Она дразнится, это слышно сразу. Но я все равно даю ей то, что она хочет.
Мак: Потому что я всегда говорю тебе правду, детка. Всегда.
Ли: До скорого, Красавчик. Правда, всегда.
Лм
Последний месяц тянулся так медленно, что у меня ощущение, будто прошло не четыре недели, а целых четыре месяца. Я стараюсь не рассказывать Маку слишком много о том, что происходит со мной, потому что он сейчас полностью сосредоточен на терапии и своем пути к трезвости. И правильно делает. Я не хочу забирать у него ни секунды этого процесса. Он и так слишком легко начинает волноваться. Мы говорим по телефону каждый вечер, переписываемся почти без остановки, но это не то же самое, что быть с ним рядом, и я скучаю по нему.
Но сегодня вечером он приедет, и я пытаюсь выглядеть хоть чуть-чуть лучше, чем на самом деле чувствую себя.
Он написал, что собирается поужинать с Дэвисом перед встречей. Судя по всему, у него все действительно хорошо. Он начал работать над четвертым шагом, и я знаю, как сильно он из-за этого нервничает. Я тоже сейчас прохожу четвертый шаг в Al-Anon. К счастью, моей наставницей стала Клара. Она пришла в Al-Anon как раз тогда, когда мы с Маком снова начали общаться. Кажется, тогда его пытались заставить завязать. Он еще не был готов, поэтому все развалилось, но она осталась в программе.
И именно потому, что Клара — моя наставница, мне гораздо легче раскрываться перед ней, чем перед кем-то, кто понятия не имеет, какой была моя жизнь и из какой семьи я родом.
Будто стоило только о ней подумать. и вот, телефон начинает звонить, а на экране вспыхивает имя Клары.
— Привет, ты где? — спрашиваю я, как только поднимаю трубку. Она должна была быть здесь десять минут назад.