Рядом с Верумией возвышался хранитель колоритных размеров. Магистр Фортис был два метра ростом, с накаченным телом и с громоподобным голосом. Он окинул Верумию нечитаемым взглядом и посмотрел на полигон, видимо примеряя девочку к полигону. Но задачка не сходилась, и его кустистые брови сошлись на переносице в задумчивости.
- Так, - протянул магистр, - Беговую дорожку видишь? – спросил хранитель у Мии.
Она кивнула в ответ.
- Бегом два круга, - рявкнул он.
Верумия даже присела от звуковых волн, которые разошлись от хранителя.
- Ты ещё здесь? – недоумённо воскликнул магистр.
Девочка сорвалась с места и помчалась по беговой дорожке. К концу первого круга ноги отказались её слушаться и самопроизвольно перешли на шаг. Но магистр бдел, его громоподобный голос настиг её и прокричал прямо в ухо:
- У тебя со слухом проблемы? Я сказал бегом!
Верумию подстегнул поток воздуха, и она побежала. Кое-как преодолевая второй круг, девочка очень рассчитывала на отдых. Впереди маячил финиш, но неугомонный магистр Фортис опять всё испортил:
- Мия, я не понял, ты ползёшь или шагаешь? Давай-ка третий кружок для закрепления результата.
Верумия споткнулась и по инерции полетела вперед, чуть не пропахав беговую дорожку носом. Только в последний момент ей удалось остановиться.
- Вот, с балансом всё в порядке, а с бегом всё очень плохо. Побежала, Мия, побежала, - орал магистр.
Третий круг Верумия преодолевала на чистом упрямстве. Её качало и тошнило, бок кололо, воздуха в лёгких не хватало. В этот самый момент она наконец поняла и про скудную еду утром, и про второй завтрак. Если занятия магистра Фортиса всегда так проходят, то она могла представить уныние уборщиков. Это наверняка и привело к изменению питания учеников.
Добежав до отметки, с которой она начинала бег, Мия повалилась на газонную траву. Закрыла глаза от усталости и постаралась успокоить грохочущее сердце.
- Отдых десять минут. Потом будем изучать стойки и самые простые приемы рукопашного боя, - раздался голос «надзирателя».
Верумии хотелось застонать в голос, но учащённое дыхание не позволило этого сделать.
Так начался персональный ад для Мии.
Каждый день был похож на предыдущий: бег, основы рукопашного боя, упражнения на растяжку, упражнения на разогрев мышц, изучение холодного оружия и его применение, перерывы на еду и короткий отдых.
Вечерами Верумия доползала до прачечной и бани. Там она стирала спортивную форму и мылась. После, шатаясь от усталости, доходила до комнаты, заваливалась на кровать и уплывала в спасительное забытьё. Но и во сне магистр Фортис не оставлял её в покое. Своим громоподобным голосом всю ночь выкрикивал ей команды.
Через три недели Верумия отметила, что её мышцы практически перестали болеть, а тело стало приобретать гибкость и ловкость.
Магистр Фортис внес изменения в тренировки. Теперь во второй половине дня они шли на другой полигон с полосой препятствий. По нему Верумия бегала, прыгала, лазила и даже ползала. Всё это время ментор Фиделис благоразумно не попадался Мии на глаза.
Прошло ещё две недели, а расписание так и не поменялось. Все дни были заняты ненавистными тренировками.
Глава 11. Прорицательница
Пока Верумию изводил тренировками дотошный магистр Фортис, в небольшом промышленном городке четырнадцатилетняя Вида спорила со своими родителями. Она была невысокого роста с длинными пшеничными волосами, аккуратно вздернутым носиком и плотно сжатыми губами. Глаза цвета лазури обиженно смотрели на мать и отца.
- Вида, ну чем тебе не угодил наш Храм? Зачем тебе Центральный? – повысил голос отец.
Вот уже менсис Виде снилась девушка с длинными черными волосами, с синими глазами и правильными чертами лица. Губы у неё были пухлые, но это её не портило, а наоборот придавало образу мягкость. На лбу у девушки горела то ли печать, то ли клеймо. Одета она была в ученическое светло-серое платье. Весь менсис Вида пыталась с ней поговорить, но та лишь молча смотрела на неё. И вот этой ночью она наконец произнесла два слова: «Центральный Храм». Поэтому с самого утра в доме семьи Пропе разгорелся нешуточный скандал. Вида заявила родственникам, что она срочно должна попасть в Центральный Храм, там её предназначение. Родители девочки, как и её двое старших братьев, были без магии в искрах. Конечно, когда-то им в школе рассказывали о предназначении: «Но какое это отношение имеет к их Видэрии? Всё это её блажь и подростковый эгоизм, совсем не думает о родителях!» - думали они.