«Руна ПОДЧИНЕНИЕ (см. прим.) – образует связь между Праведником и живым существом. У живого существа вызывает согласие действовать или поступать сообразно воле Праведника. Более эффективно руна действует при размещении её в верхней надглазной части лица у разумного существа или морды у неразумного. Использования руны может привести к полной зависимости живого существа от Праведника, с последующем уничтожением личности клейменного.»
- Но есть и примечание:
«Примечание: в летописях руна ПОДЧИНЕНИЕ называлась руной КОНТРОЛЯ, описание её применения было утеряно. Руна ПОДЧИНЕНИЕ была внесена в книгу около двух тысяч лет назад, тогда же она и была применена Праведниками на живых существах.»
- Ты права, Мия, - согласился Верховный, - Два тысячелетия назад Праведники собрали свою кровавую жатву в тысячу искр. Они пошли против своего предназначения. Мироздание наказало их, применив их же дар против них самих. Руна ИСТИНЫ выжгла искры отступников. Их постарались забыть и вычеркнуть из истории Люцидума, поэтому так мало информации о вас.
- Никакого сожаления по поводу их гибели я не испытываю. И понимаю предостережение книги, что истина – грозное оружие в руках Праведника, но это же оружие может быть направленно и против Праведника, если он пойдет против истины, - воскликнула Мия, - Но главное в другом, нет руны ПОЧИНЕНИЯ, а есть руна КОНТРОЛЯ. И если вспомнить, о чем говорили жрицы Небытия, то Праведники помогали таким, как Оливия, контролировать своё предназначение этой руной.
Девушка с затаенной надеждой посмотрела на Верховного.
- Ты думаешь, Праведники наносили эту руну на неконтролируемый дар? – спросил хранитель.
- Да, на искру, - взволновано ответила Мия, - И вообще, ей не место в книге «Руны для истины несущих». Я думаю, она должна быть в этой маленькой книжице. Она несла созидание и исцеление. Помогала держать под контролем предназначение Иллюзаторов, а они в свою очередь могли развивать дар без опасения навредить окружающим. Тогда и сливать магические всплески не нужно, у предназначения и носителя будет баланс.
- Ты сможешь призвать руну? – спросил Верховный.
- Смогу, - ответила Мия, - Все остальные руны, что описаны в книги, уже выжжены на моем теле. Руне ПОДЧИНЕНИЯ противилась сама суть Праведницы, но думаю с руной КОНТРОЛЯ я справлюсь.
- Покажешь? - заинтересовано попросил хранитель.
Мия пожала плечами и призвала все свои руны. Это было и страшно, и прекрасно одновременно. Все видимые части тела Мии, в том числе и лицо, были исписаны черными рунами. Волосы её развивались огненными змеями. В глазах разверзлась бездна. Перед Верховным Сакрумом предстала воительница, несущая возмездие.
- Приоткрой, пожалуйста, свою искру, - прошептал хранитель.
Мия приспустила блок и тут же её залил свет, отросли красные ногти на руках, а руны замерцали серебром отзываясь на зов хозяйки.
- Ты прекрасна в своей устрашающей силе, - восхитился Верховный и, в уважение к предназначению, склонил голову.
Верумия вернула свой обычный вид и с нетерпением уставилась на ментора.
- Дай мне немного времени, Мия. И потом, без согласия Оливии, мы всё равно предпринимать ничего не будем, - сказал хранитель.
Верумия согласно кивнула.
Неделю спустя девушки стояли в кабинете Верховного. Он изложил идею Верумии Оливии. Попросил её хорошенько подумать и все взвесить. Девушка, недолго думая, согласилась.
- Я верю Мии и вам Верховный Сакрум. У меня все меньше остается времени. С каждым разом после слива магических всплесков, мне все сложнее контролировать дар. И не долго осталось ждать того момента, когда он погребет меня, как волна, и выжжет.
Хранитель кивнул и сказал:
- Располагайся тогда на диване. Мия, руна КОНТРОЛЯ готова?
- Да, ментор. Мы готовы, - ответила Верумия и призвала руну.
Кабинет залил свет, а на руке Праведницы сформировалась золотая руна КОНТРОЛЯ. Праведница переместилась к Оливии и обратилась к её чёрной искре:
- Не бойся, - прошипела Мия, - Ты будешь гореть ярко и ровно. Оливия будет развивать свой дар, а ты засияешь цветными бликами. Развитие принесет тебе краски. Вы научитесь не только уничтожать память, но и создавать красочные образы. Доверься мне и своей хозяйки.