— Могу поспорить, Вика, что у тебя ничего не получится. Алеша в последнее время у нас стал очень серьезным. Водку почти не пьет, с девушками не встречается. Книжку начал писать. По ночам Библию изучает!
— Вадик, перестань.
— А что я плохого сказал?
— Вот как? — восхищенно воскликнула Вика. — Тогда расскажите нам что-нибудь из Библии. Правда, что скоро будет конец света?
— Не знаю, — растерянно пробурчал Алексей.
— А я знаю, — сказал Григорий. — Скоро будет война в Персидском заливе.
— И так ясно, что будет.
— Нет не ясно. Это в Библии предсказано. Правда, Алексей?
— Правда. Возможно.
— Прочти им этот отрывок.
— Прочти, прочти, пожалуйста, — попросила Нина Сокольская.
Алеша пожал плечами:
— Хорошо, прочту.
Он несколько оживился, полез куда-то под диван, извлек оттуда завернутый в махровое полотенце маленький томик Библии, и, открыв нужную страничку, начал читать:
— Говоривший шестому ангелу, имевшему трубу: освободи четырех ангелов, связанных при великой реке Евфрате. И освобождены были четыре ангела, приготовленные на час и день, и месяц, и год для того, чтобы умертвить третью часть людей. Число конного войска было две тьмы тем, и я слышал число его. Так видел я в видении коней и на них всадников, которые имели на себе брони огненные, гиацинтовые и серные; головы у коней, как головы у львов, а изо рта их выходили огонь, дым и сера. От этих трех язв, от огня, дыма и серы, выходящих изо рта их, умерла третья часть людей; ибо сила коней заключалась во рту их и в хвостах их, а хвосты их были подобны змеям и имели головы, и ими они вредили. Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так, чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, каменным, медным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить…
2 часа 35 минут. Вика пересела на колени к Алеше и мешает читать. Куда-то ушли Нина Сокольская и Гриша Круглов. Миша Прошин увлекся девушкой по имени Таня, и они о чем-то оживленно беседуют на кухне. Вадика тоже нет. Со своей знакомой он закрылся в комнате Гриши. Телевизор горит, но нет ни звука, ни изображения. Новогодняя ночь в самом разгаре. Все гости сыты и пьяны…
3 часа 15 минут. Декорации те же, только в комнате Алеши погашен свет. Старый диван ревет и стонет, не выдерживая столь частых качков. Мир полон счастья. Она прекрасна. Короткие серебристые волосы с удивительной легкостью взвиваются вверх и плавно опускаются вниз в матовом лунном свете. Неповторимы очертания ее спины и плеч. Время останавливается и начинает двигаться вспять.
— Эльза! Эльза милая! Как я люблю тебя! — сладостный полуминутный взрыв, и все возвращается на свои места.
Алеша приходит в себя. Рядом с ним не Эльза. Рядом с ним та молодая женщина по имени Вика. Она самая обыкновенная — рыжая, курносая, гладкая. Неведомая сила отталкивает его от нее, и он не в силах противостоять этой силе. Она плачет взахлеб так громко, что, наверное, слышно в соседней комнате.
— Прости меня, Вика, — говорит Алеша, боясь заглянуть в ее заплаканное лицо.
— Оставь меня!
— Прости меня… Я дружил с девушкой по имени Эльза… я очень любил ее…
— Убирайся к своей Эльзе, апостол чертов!
— Я был пьян, Вика. Прости меня.
— Уходи!
Так и не взглянув на нее, Алеша оделся и вышел из комнаты. Он посмотрел на часы. Было 3 часа 36 минут…
Уже десять минут спустя наш герой что есть силы бежал по проспекту. Огромная елка горела на площади. Вокруг нее гуляли и веселились люди.
— Ой мороз, мороз, не морозь меня! — неслось откуда-то из переулка. А мороз и не старался морозить. Зима в том году была теплая, сырая и грязная. Алеша бежал, не замечая ни огней, ни людей, ни сырости под ногами, не осознавая, куда он бежит и зачем, слыша лишь стук своего сердца, готового вырваться из груди.
Он миновал проспект Мира, Сретенку, затем свернул на бульвар, и вот он уже в подъезде старого дома, на четвертом этаже, перед дверью той самой квартиры, в которую так свободно был вхож чуть больше полугода назад.
— Фью-фью, фью-фью, — запел заграничный звонок. Зашаркали шаги за дверью, погасла световая точка в смотровом глазке.
— Вам кого? — спросил суховатый женский голос.
— Эльзу можно позвать?
— Эльзы нет. Она сейчас у матери. А вы кто?
— Позовите Эльзу.
— Ее же нет, молодой человек…
— Откройте, я вам не верю!
— О Господи! Боренька! Здесь какой-то ненормальный нахал требует Эльзу!
Послышались другие шаги. Заскрежетал замок, дверь приоткрылась, и Алеша увидел высокого, крепкого сложения лысоватого мужчину лет тридцати пяти, в дорогом спортивном костюме.