— Фалгер убежал из Экл-Ная. Он вернулся, когда нарцы проиграли войну. — Мод гордо посмотрел на своего предводителя. — Теперь Фалгер здесь главный. Но не военачальник. Хороший человек. Защищает нас.
— Да, — согласился Роб. — Но он чего же он вас защищает?
— И где львы? — добавил свой вопрос Алазариан. — Мы думали, что найдем их в горах.
— Львы ушли, — сказал Мод. — Вернулись в Чандаккар, домой. — Его лицо немного помрачнело. — Больше нет защиты от Нара. Теперь приедет больше таких, как вы.
— Не приедут, — успокоил его Джал Роб. — В Наре Люсел-Лор больше никого не интересует. Тот император умер.
— А, Аркус, — понимающе отозвался Мод. — Умер. Хорошо.
— Согласен, — сказал Роб. — Хотя наш новый император не лучше. — Он искоса посмотрел на оцепеневшего при этих словах Алазариана. — Но Нар вам больше не угрожает. Никто не приедет с вами воевать. Сейчас Нар... — тут священник печально пожал плечами, -... в плохом состоянии. Никто больше не хочет вести с Люсел-Лором войну.
Похоже, его ответ ободрил Мода, который поспешно перевел его Фалгеру. Триец поднял брови, явно радуясь этому известию. Однако Алазариан понял, что они не считают себя в безопасности — ведь упоминалась и другая угроза.
— А кого еще вы опасаетесь? — спросил Алазариан. — Трийцев?
— Трийцев, да, — ответил Мод. — Пракстин-Тара.
— Пракстин-Тар, — повторил Фалгер, который бросил это имя, словно проклятие. — Пракстин-Тар до хекка джи энави.
— Пракстин-Тар — военачальник Рийна, — пояснил Мод. — Воюет со всеми. Всем опасно. Здесь мы от него далеко.
На своем ломаном нарском он добавил, что Пракстин-Тар — дрол и теперь завоевывает Люсел-Лор, насаждая свои идеалы. Но когда Мод заявил, что Пракстин-Тар — горячий поклонник Тарна, у Алазариана похолодело сердце. Даже Джал Роб был потрясен.
— Понятно, — проговорил священник, глядя на юношу и ожидая пояснений, которых Алазариан дать, не мог. — Ну, похоже, этот Пракстин-Тар очень страшный. Мы постараемся с нити не встречаться. Скажите нам, где сейчас Пракстин-Тар?
— В месте трийской власти, — ответил Мод. — В Фалиндаре.
— Боже всемогущий! — воскликнул Джал Роб. — В Фалиндаре? В том самом Фалиндаре?
— Фалиндар только один.
— Ага, — проворчал Роб. — И там живет Ричиус Вэнтран, правильно?
— Джал, не надо! — воскликнул Алазариан.
— Теперь это не имеет значения, парень, — отрезал Роб. — Извини, но нам надо узнать правду. — Священник повернулся к Моду и Фалгеру. Дети опять начали жаться к ногам Фалгера. Роб постарался овладеть собой и, прежде чем заговорить, сделал глубокий вдох. — Вы знаете Ричиуса Вэнтрана, да? Вы слышали это имя?
— Кэлак, — проговорил Фалгер. — Вэнтран Кэлак.
Он начал говорить так быстро, что Мод не успевал ничего переводить. В его речи то и дело повторялось слово «кэлак», а время от времени рядом с ним звучало название «Фалиндар». Алазариан пытался расшифровать его слова. Было ясно, что Фалгер хорошо знает Вэнтрана — или, по крайней мере, его имя.
— Что он говорит? — спросил Алазариан. — Мод, объясните нам!
— Кэлак — это Вэнтран, — сказал Мод. — Шакал. Роб скрестил руки на груди.
— Шакал! Как это точно.
— Кэлак в Фалиндаре, окружен Пракстин-Таром и его воинами, — сказал Мод. — Под... под... Он не находил нужных слов.
— Под осадой? — предположил Роб. — Великолепно. Вэнтран осажден в Фалиндаре. Проклятие...
— Но он жив? — спросил Алазариан. — Вы точно знаете, что он там?
Мод пожал плечами.
— Может, жив, может, умер. Но Кэлак в Фалиндаре.
— Фалиндар, — подтвердил Фалгер. — Кэлак. Алазариан подошел к нему, ощутив его грусть.
— В чем дело? — спросил он. — Что случилось?
Улыбка у Фалгера получилась вымученной. Он покачал головой, отказываясь отвечать. Однако Алазариан чувствовал его боль.
— Скажи мне, в чем дело, — попросил он. — Ты знаешь что-то о Вэнтране — о Кэлаке?
Трийский предводитель кивнул и ответил Алазариану доверительным тоном. Алазариан не понял ни слова, но и глаз отводить не стал. Он просто не мешал Фалгеру выговориться. Замолчав, Фалгер рассеянно махнул рукой Моду, давая сигнал переводить.
— Вэнтран женился на одной женщине, — сказал Мод. — Ее имя Дьяна.
— Да, — сказал Джал Роб. — Да, я об этом знаю. Вэнтран уехал из Арамура ради нее.
— Она принадлежала Тарну. Теперь она живет в Фалиндаре с Кэлаком. — Мод по-дружески обнял Фалгера за плечи. — Фалгер ее знал. Шли вместе в Экл-Най, точно. Очень близки.
— Любовники? — спросил Роб. Мод покачал головой.
— Друзья. Только. Фалгер по ней скучает.
— Это чувствуется, — сказал Алазариан.
С каждой минутой он ощущал все большую близость с Фалгером. Если бы можно было, он бы прикоснулся к трийцу и взял его боль, только его дар на это не был способен. Фалгер опустился на пол рядом с детьми. Они тут же облепили его, словно защитный плащ.
— Вы приехали за Вэнтраном, — догадался Мод. — Значит, вы в опасности. Фалиндар опасный. Фалгер поднял голову и что-то спросил.
— Он хочет знать, зачем вы ищите Кэлака. В Наре Кэлак вне закона. Вы увезете его с собой? Вы на него сердиты? На лице Роба читалась ярость.
— Сердиты? Нет, мы не сердимся. Он нужен для другого. В Арамуре нужна его помощь.
Мод перевел его слова внимательно слушавшему Фалгеру. Дети продолжали прижиматься к нему, словно хотели защитить от какой-то невидимой угрозы. Алазариан опустился перед предводителем беженцев на одно колено.
— Нам очень нужно найти Кэлака, — сказал он. — Пожалуйста, Фалгер: покажи нам дорогу, дай карту — помоги, чем можешь. Нам необходимо ехать.
Фалгер вздохнул:
— Пракстин-Тар.
— Знаю. Но у нас нет выхода. От этого зависит очень многое, это объяснить очень трудно. На самом деле я просто везу ему письмо. Но это важно. Ты понимаешь?
Фалгер пристально посмотрел на Алазариана, и на секунду между ними воцарилось полное понимание. Их ничто не разделяло — ни язык, ни расстояние, ни происхождение. Впервые в жизни Алазариан ощутил реальную связь со своим трийским наследием.
— Эта женщина Дьяна была тебе другом, — сказал он. — Я передам ей от тебя весточку. Я скажу, что видел тебя, что ты здоров. Мне сделать это, Фалгер?
Мод перевел его слова. Фалгер сразу же закивал головой и улыбнулся.
— А как насчет карты? — спросил Роб. — И еды? Она нам тоже пригодилась бы. Все, что помогло бы нам добраться до места.
— Может, нам стоит захватить один из их огнеметов, — пошутил Алазариан. — Он нам может пригодиться против Пракстин-Тара.
Мод перевел его слова Фалгеру. Выслушав его, Фалгер встал. Заговорив, он обратился исключительно к Алазариану, полностью игнорируя Джала Роба.
— Фалгер приглашает вас здесь отдохнуть, — сказал ему Мод. — Когда вы будете готовы ехать, он приготовит для вас карту. Еды мало, но мы поделимся.
Алазариан поклонился Фалгеру.
— Спасибо тебе, Фалгер, — сказал он. — Шэй cap.
Даже Джал Роб успел выучить эту трийскую фразу. Арамурец улыбнулся хозяевам башни и повторил слова Алазариана.
— Шэй cap, Фалгер, — сказал он. — Мы очень вам благодарны.
Мод увел их от Фалгера и ребятишек, пообещав горячей еды и место для сна. Алазариан ушел следом за Модом, успев бросить последний взгляд на трийца, которому каким-то образом удалось пробудить в нем голос крови.
19
Блэр Касрин спал один на холодной койке — и ему снились дурные сны. Много недель он плыл со своей командой на «Владыке ужаса» к Казархуну, на встречу с адмиралом Никабаром. И чем ближе была цель, тем страшнее становилось Касрину. Страхи не оставляли его и во время сна, заставляя беспокойно метаться. И, как это часто бывает во сне, его кошмар стал отдельной реальностью, такой же значимой для него, как и мир бодрствования.
Во сне Касрин видел себя юношей, стоящим на причале Черного Города. Ему едва исполнилось пятнадцать, и лицо у него было гладкое, а не заросшее щетиной, как сейчас. И его ясные и полные искреннего восторга глаза были устремлены на адмиральский флагман, стоявший на якоре. Это был «Бесстрашный», хотя и не мог им быть: «Бесстрашного» должны построить еще не скоро. Однако сон продолжался, и юный Касрин в изумлении любовался кораблем и мечтал попасть на него — и чтобы командующий им герой когда-нибудь обратил на него внимание. Он был гордым кораблем, этот «Бесстрашный», и со своими сверкающими линиями и безупречными обводами представлял собой внушительное зрелище. Юный Блэр Касрин мечтал об этом корабле — или о другом таком же.