Пожалуй, настало время посмотреть правде в глаза. Если бы я не заварила что-то неприятное, то мне бы и не пришлось это разваривать в глазах мамы Сверстникова. И она бы тогда не решила, что «Боже, как это мило! Какая у тебя прекрасная девушка!», и нам бы не пришлось притворяться. А вот теперь, правда-матка, держись! Я по ходу влюбляюсь в ловеласа… Что со мной станет, когда в один момент, решив, что с мамы хватит положительных эмоций, он бросит меня и вернется к обычному ритму жизни?
Мы никогда не говорили с ним о любви. Наши отношения чистой воды фарс. Однако я все чаще ловлю себя на мысли, что начинаю верить в этот фарс. Сверстников знал, когда нужно быть любезным и незаменимым…
- Ау, ты где? – помахав рукой у меня перед носом, спросил объект моих дум.
- Я здесь.
Наша любимая химичка, как всегда, опаздывала. Одноклассники занимались кто чем, а внимание Димана было приковано ко мне, что напрягало. Я почувствовала, будто стою на краю Ниагарского водопада в минус пятьдесят градусов по Цельсию, еще чуть-чуть и сорвусь вниз. Да, четкая картинка, яркое воображение.
- Думаю, нам надо поговорить.
- Ладно, только сначала пообещай, что сегодня поужинаешь у нас, - перебив меня, затараторил он, - мама специально для тебя решила сделать «Тирамису», который не делала уже лет пять. Поверь, тебе стоит его попробовать. Он у нее изумителен, - поцеловав кончики пальцев, поделился парень, - Машка с Мишкой тоже будут… - и, подумав, сконфуженно добавил, - у них вроде как юбилей.
- Конечно, я буду.
- А о чем ты хотела поговорить? – спустя мгновение вспомнил он.
- Ни о чем, - мгновенно солгала я, и он это понял каким-то своим способом.
- Ну, а если честно?
Сверстников не соврал. Ужин был великолепный. Его мама решила соединить две даты – юбилей у Миши с Машей и две недели у нас с Диманом. Для последнего это был рекорд, так что ему смело можно вручать премию «С одной девушкой дольше недели!».
Я представляю: огромный концертный зал, наполненный тысячами зевак, с нетерпением ожидающих появления того самого парня, который дольше недели находится в официальных отношениях с одной и той же девушкой. По обе стороны кулис в эффектных позах застывают высокие модели в бикини - с букетами цветов в руках и поцелуйчиками на устах. Сверстников величественно поднимается по ступенькам на авансцену. На нем смокинг, делающий его совсем взрослым. Парень дарит всем направо и налево свою лучезарную улыбку и приветственно машет рукой… Через месяц он выпустит книгу под названием – «Отношения дольше семи дней – как этого добиться?» – которая будет пользоваться невероятным успехом и продаваться бешенным тиражом…
- Думаю, мы пойдем, - кашлянув, произнес Миша.
Черт. В последнее время я слишком часто витаю в облаках. А между тем, у меня, похоже, назрел небольшой творческий кризис: за время наших со Сверстниковым «отношений» я написала в газету только один раз - тот самый случай со Смирновой и ее «подпаленной» пятой точкой и этого было крайне мало… по крайней мере, для меня.
Правило восьмое: Помните! У каждой медали две стороны, но одна может ударить сильнее.
С утра нигде вблизи верного принца не наблюдалось. Что ж, я изначально готовила себя к этому дню. Иллюзии имеют привычку рассыпаться на мириады частиц. Однако я была самОй наивностью… по-настоящему мои иллюзии разбились, когда я вошла в школу, а этот кобель, смеясь, обменивался поцелуйчиками со Смирновой. Измена равна предательству. А что я говорю о предателях? На виселицу изменника! И дело обжалованию не подлежит!
Я спокойно, будто бы даже и не заметила, прошла к лестнице, поднялась на второй этаж, чьи стены пестрели оранжевыми полосками, и вошла в кабинет математики. Класс был наполовину пуст, многие еще торчали внизу, в фойе, и наверняка созерцали, как «мой молодой человек» милуется с другой. Я спокойно села за парту, за которой сидела уже несколько лет, пока в нашей жизни не появился Ковалев. Парень удивился моему повторному соседству.
- Привет, - неуверенно поздоровался он, - к чему такая честь?
- Ты, кажется, мне задолжал.
- А ты ничего не забываешь, - безнадежно хмыкнул он.
- Верно, - подарила ему одну из самых дружелюбных (по котировке три из пяти) улыбок и выложила все необходимое для урока на стол.
Совместно с «квартетом соблазняшек» в кабинет за минуту до звонка ввалил и Сверстников. Он быстро уловил изменения.
- Не объяснишь? – тихо спросил Ковалев, не сводя глаз с посуровевшего в мгновение ока Димана.
- Нет, - бесстрастно ответила я.
- Так я и думал.
Сверстников прошел к парте и остановился слева от меня. Медленно положил сумку на стол, за которым мы вместе сидели некоторое время назад, и развернулся к нам. Я упрямо смотрела в пространство перед собой.
- Тань, ты парты не перепутала?
Ноль реакции. Для меня его больше нет. Маска глухоты и немоты… И слепоты. Что за манера – перед носом руками махать? Отвратительно.
Диман молча сгреб в охапку мои школьные принадлежности – учебник, тетрадь, ручку, карандаш и линейку – и переместил все это на свой стол.
- Смотри, мои вещи по воздуху перемещаются! – театрально восхитилась я, толкнув Ковалева в бок.
Затем встала и с тем же безжизненным лицом вернула все на место.
- Таня! – настойчиво обратился Сверстников, не отдавая мне учебник.
Он реально хочет пробуравить меня взглядом или мне только кажется? Что ж, не из того металла я сделана, дорогуша, так что можешь бросить попытки просверлить меня насквозь.
- Я с предателями не вожусь, - презрительно прошипела я.
Как по мановению волшебной палочки, руки парня ослабли, и я заполучила свой учебник обратно.
Поражаюсь его выдержке – целый урок он сидел смирно. Но едва прозвенел звонок, как подлетел ко мне, цепко схватив за запястья.
- Эй! – возмутилась я.
- Сегодня ужин, если помнишь, у нас юбилей – месяц, - яростно зашипел Сверстников, чем меня удивил.
Нет, не тон был его удивителен, а память. Месяц… Бог мой, а как все начиналось.
- Что ж, у тебя появился реальный повод сообщить маме о фарсе, который был перед нею разыгран.
- Если помнишь, я не один играл.
- Да, но мне-то плевать на ее реакцию.
- Пожалуйста, - поджав хвост, взмолился Сверстников, - еще не время. Я вообще не понимаю, чего ты взъелась?
- Ты сегодня со Смирновой целовался.
- И что? У нас с тобой отношения фиктивные, кажется.
- Вот и скажи об этом своей мамочке сегодня за ужином, когда меня не будет.
Было жестоко обидно. Да – фиктивные отношения, да – чистая показуха. Но, черт подери, иногда все казалось таким реальным. Нет, доверять нельзя никому. Возьмите, к примеру, меня. Для достижения цели я готова пойти по головам, как бы печально это ни было. Но у меня нет связей, богатых родителей или содержателей. Следовательно, нужно самой все добывать. Способы получения желательно легальные, но можно и не совсем законные, лишь бы не просочилось раньше времени. Жизнь – жестокая вещь, нужно уметь барахтаться, а то получите масло с лягушкой.
- Есть одно условие, - плюхнувшись рядом со Сверстниковым, с ходу заговорила я.
- Какое?
- Сегодня за ужином ты – сама тишь и гладь.
- Хорошо.
Урок биологии начался. Отлично. Меры приняты. На перемене я поймала Машку и попросила у нее все досье на старшего брата. На другого старшего брата. Теперь я знаю все – от первого прорезавшегося зуба до имени последней подружки. Хорошо еще, что старшенький не такой ловелас, как мой фиктивный дружок.