- Ник, - протянула она, отложив гребень на туалетный столик, - я написала тёте письмо с приглашением от нас, хочу повидаться.
- Я не против, - он снял жилет и положил на кресло.
Его состояние заметила Стеша, она смотрела на него с беспокойством, ей хотелось облегчить его усталость. Он много работал и не всегда удавалось побыть вместе.
- Хочешь я принесу чай? Тот что ты любишь, - она было направилась к двери, но он жестом остановил её.
- Не нужно, - улыбнулся он натянуто. – Я вот что хотел спросить – ты знаешь где Устинья?
- Но почему ты спросил о ней? – Ухмыльнулась она, не понимая зачем ему потребовалось она.
- Я не видел её столько времени, мы хорошо ладили в те времена когда я служил у твоего отца, - он подошёл к ней, заглядывая в удивлённые глаза. – И теперича хочу навестить её, узнать как она поживает.
- Да, но я не знаю где она теперича, - пожала та плечами. – Знает только тётушка.
- А почему Устинья столь внезапно уехала из Уварово? – Вновь он задал вопрос.
- Не знаю, я ничего о ней не знаю, - Стефания протянула к нему руки. – Обними меня, я соскучилась.
Он притянул её к себе, неустанно думая о Полине, о том что она рассказала, ни чём более он не мог сосредоточится. Мыслями и душой он стремился к ней, неутолённое желание билось в глубине его сущности, разрывало на части, он хотел её губы, её тело, хотел обнимать и целовать. Он ругал себя, что не посмел даже притронуться к ней, побоялся и не разделил её горя, поелику эта история оказалась из ряда вон неожиданной. Он перебирал по крупичам её слова, движения, а затем точно удором молота он вспомнил, что они встретились у Дорогина в имении и он так не понял какое он имеет отношение а ней. Представив их рядом, Никита поджал губы и отстранившимь от разомлевшей в его объятиях Стефании, он резко провел ладонью по волосам, не в силах найти себе покой.
-Что такое? – Испуганно произнесла она, хлопая зелёными глазами перед ним.
- Ничего, я немного устал, - отозвался он, её присутствие нервировало. – Я много работю тебе ли на знать.
- Да, но я хотела обнять тебя, - ласково произнесла она.
- Я спущусь вниз, - он направился к двери. – Не жди меня ложись.
Он неспешно направился на кухню, там из кувшина он налил бокал воды и залпом его осушил. Казалось горело что-то изнутри и огонь сей его поглощал, точно огромное пламя извергало сказочное чудовище. Он ходил из стороны в сторону, напряженно думая как бы увидеть Полину, ведь теперича она как никогда боялся потерять её. Прошло немало времени прежде чем он решил, что завтра же отправится к Дорогину и наконец положит конец своим мучениям.
Утро не принесло покоя, а лишь накрыло новой волной противоречий и страхов. До полночи Никита не мог сомкнуть глаз, а когда зарделся рассвет, он погрузился в беспокойный сон. Стефания сидела рядом и любовалась спящим мужем, когда он открыл глаза, она улыбалась и блаженное выражение застыло на её лице.
Позже они сидели в столовой за завтраком молча, каждый думал о своём – Стефания о том, что он несколько изменился, хотя она понимала, что он погружен в работу, а Никита неустанно думал о Полли и желание её увидеть, были сильнее разума.
-Что ж надобно собрать Катюшу. – С улыбкой произнесла она, - прогулка должна быть как нельзя лучше, погодка нынче просто чудо.
- Стеша, боюсь нынче никак, - откашлянув сказал он, - дела видишь ли, надобно решить.
- Но мы условились, - захлопала она глазами, - нельзя ли отложить до вечера?
- Никак, понимаешь ли, - вздохнул он, - я должен отбыть по срочному делу.
Под удивлённый взгляд Стефании, Никита скрылся за дверью. Сердце её сильно застучало предчувствуя недоброе, приложив пальцы к нательному кресту, она поднесла его к губам и поцеловала.
А Никита тем временем спешил, дабы не тратить время на объяснения, хотя понимал – он совершает необдуманное. И даже буря за окном не смогла бы остановить его, точно он мотылёк стремиться к пламени свечи, зная что может обжечь хрупкие крылья. Полина не выходила из головы, её образ пленил и притягивал, она незмолвно звала его и кричала сквозь расстояние и время. И когда взнузданный конь стоял перед ним, он быстро оказался в седле и направил коня на дорогу.
Он не знал, что ждёт его и она встретит, ведь давишний разговор острым шипом застрял в сердце, но он хотел объясниться, хотел чтобы она поняла. И ежели бы она прогнала и отвергла, он всё равно бежал к ней с новой силой, ведь именно она и придаёт те самые силы и способность жить, а иного и не нужно.