— Через месяц, — сказала я. — Давай.
Максим поднялся, подошёл к окну, протянул мне руку.
— Иди сюда.
Я встала, подошла. Он обнял меня со спины — плотно, тепло, и я почувствовала, как его ладони ложатся на мой живот, как дыхание касается моей шеи, как джаз в комнате становится ещё тише, будто уважает этот момент.
Город за окном сиял. Не показушно, не празднично — просто жил. И я вдруг поняла, что больше не воспринимаю его как соревнование. Он был фоном. А главное — было здесь.
Я повернулась к Максиму. Мы поцеловались у окна — без спешки, без доказательств, только потому что хотели. Его руки были тёплыми, и в этом тепле не было обещаний «навсегда» — было присутствие. Самое ценное.
Я отстранилась первой и, неожиданно для себя, тихо рассмеялась.
— Что? — спросил Максим.
— Я бы раньше не поверила, — сказала я, глядя на отражение нас двоих в стекле. — Что можно жить так. Не как проект.
Максим провёл пальцами по моей ладони.
— Можно, — ответил он. — Если выбрать.
Я кивнула. И в этот момент, глядя на город и чувствуя его руки, я поняла: выбор — это не один героический поступок. Это маленькие ежедневные «да» себе. Своей жизни. Своей любви.
Анна Сергеевна Берёзкина наконец-то научилась выбирать себя — и это оказалось самым профессиональным решением в её жизни.
Конец.