— Папа погиб! — во весь голос кричал мальчик. — Пустите меня! Пустите меня!
Прима схватила мальчика. За ним выбежал и учитель.
— Отпустите его, Прима.
Учитель тоже мужчина, но это не Митч, и она осмелилась поднять на него глаза. Он был бледен.
— Что случилось? — спросила Прима.
— Это все мерзость Божья, — процедил тот сквозь зубы. — Украла шаттл, пыталась сбежать. Рейнджер Боуи со своими людьми отправился за ней в погоню, и там…
Сквозь окно она заметила резкую вспышку бело-голубого света, очень мощную. Прима схватилась за сердце.
Учитель открыл окно и выглянул наружу. Прима последовала его примеру. На улице остановились все машины, мужчины смотрели на небо. Прима тоже осмелилась посмотреть вверх, но там не было ничего, кроме белых облаков. Ничего страшного.
— Я хочу посмотреть новости, — сказала она учителю и, не дожидаясь разрешения, прошла в комнаты мальчиков.
Глава 23
На экране двое возбужденных мужчин что-то кричали в видеокамеру. Прима с трудом разбирала их слова. Побег, погоня, нападение врагов… Нападение? Кто мог на них напасть? И почему? «Всеобщая мобилизация», — сказал один из мужчин.
— Что это все значит? — спросила она. Старшие мальчики уже доставали оружие.
— Это конец света, — сказал один из них. Кажется, Дэниел, третий ребенок Секунды.
— Не говори глупостей, — перебил его другой. — Это богохульники и язычники, они прилетели сюда, чтобы заставить нас жить во грехе, как живут сами.
— Зачем? — спросила Прима. За всю ее жизнь никто не нападала на Наш Техас, и она не могла представить, зачем это кому-либо могло понадобиться.
— Не волнуйся. — Дэниел похлопал ее по плечу. — Мы вас защитим. А теперь иди на женскую половину и следи там за порядком.
Прима повернулась, чтобы уйти. Она так и не поняла, что же произошло и что их ожидает. На кухне Секунда и Терция спорили о происхождении той яркой вспышки. Обе бросились за ответом к ней.
— Я не знаю, — сказала она. А кто может знать? Вот какова сила искушения… Нет, она не будет рисковать благополучием души ради того, чтобы узнать, она не будет спрашивать чужеземку… Но наконец она решилась и направилась к ткацкому домику.
— Мириам!
Чужеземка подняла голову от станка. Лицо ее было напряжено. Должно быть, она тоже видела вспышку.
— Ты знаешь, что это такое было? Мириам кивнула в ответ.
— Это из космоса? Корабли? — Опять кивок, на этот раз он сопровождался улыбкой, торжествующей улыбкой. Мириам жестом изобразила поднимающуюся в воздух ракету, потом вторую, которая подстрелила первую.
Враги. Это враги.
— Кто вы? — Прима подняла голову и обращалась к небу. — Кто захотел на нас напасть? Зачем? — Она вздрогнула от неожиданности, когда Мириам дотронулась до ее руки. — Что такое? — Мириам жестом изобразила, что будет писать. Писать… Она вспомнила, как Митч грозился отрезать Мириам правую руку, если она не перестанет писать. А она такая прекрасная ткачиха. Но сейчас она сама завела Мириам на кухню и дала ей в руки блокнот, в котором записывали покупки и расходы, и ручку.
«Вспышка значит оружие», — написала Мириам. Прима прищурилась, чтобы было лучше видно. Оружие, это понятно. «Ионизация атмосферных газов». Этого она понять не могла, она даже и слов-то таких не знает. Мириам посмотрела на нее и догадалась. «От оружия воздух засветился», — опять написала она. Да, но как может воздух светиться? Воздух это воздух, обычно он чистый, если только нет дыма.
— Кто это? — снова спросила Прима. — Кто может напасть на нас?
Мириам принялась быстро писать: «Республика Герни, Изумрудные Миры, Балтийская Конфедерация, Правящие Династии…» Прима ничего о них не знала кроме того, что все они язычники и богохульники. «Битва в космосе, сюда они не придут. Это те, кого вы грабили».
— Мы никогда не грабим! — Прима еле сдержалась, чтобы не ударить Мириам по лицу. — Мы не воры.
«Меня украли, — написала Мириам — Крали детей, женщин, мужчин убивали».
— Это неправда. Ты лжешь. У детей не было родственников, а женщин спасали от полной деградации… — Но голос у нее дрогнул. Мириам здесь уже десять лет. Если она до сих пор считает, что ее украли, если она так ничего и не поняла…
«Я могу доказать, — написала Мириам. — Принесите передатчик, свяжитесь с ними, узнайте, кто они, и спросите у них».
— Я не могу! Ты знаешь, что женщинам это запрещено. Женщины не пользуются мужской техникой.
Но если только так можно все выяснить. Если это возможно…
«Я знаю, как им пользоваться, — опять написала Мириам. — Это несложно».
Запрещенное знание. Прима оглянулась, заметила, что остальные следят за ними во все глаза, пытаются понять смысл их разговора.
— Я не… не знаю, где в доме находятся эти устройства, — наконец сказала она.
«Я знаю, как их найти».
— Как?
«Длинные, тонкие, как палки, торчат на крышах».
— Это запрещено. — У нее даже голова закружилась, когда она представила, что будет разыскивать эти длинные палки на крыше. А как она вообще дотронется до мужской техники?
«Можем посмотреть выпуск новостей».
Наверное, она имеет в виду то устройство, которое хранится в кладовой специально для женщин, чтобы они смотрели религиозные передачи.
— Как? Я не знаю, как включить все. «Я знаю».
Мириам открыла дверь в кладовую и вытащила устройство. Прима, хоть и побаивалась, но помогла выкатить тележку на черную кухню, там было много дополнительных розеток. Мириам распутала шнур и подключила его с одной стороны к устройству, с другой к розетке. Прима никогда бы не сообразила, что куда втыкать, она и сейчас была готова к тому, что устройство каждую секунду может взорваться.
На экране появилось изображение. Почти такое же, как то, что она видела в комнатах мальчиков. На этот раз, правда, с экрана на нее смотрел только один мужчина. Мириам что-то подкручивала в устройстве, картинка внезапно переменилась… Мужчины в незнакомой, странного вида форме.