— Что? — спросил Барин.
— Папа дал дяде Джеду ключ и приказал ему найти сбежавшую девчонку, потом папа ушел.
Ключ. Это же ключ от оружия. Внутри у него все опустилось.
— А где сейчас твой дядя Джед? Ты знаешь?
— Там, на полу… — Прима махнула рукой в сторону гостиной. — Я не знала, что с ним делать, вот и оставила…
— Обыщите его, — приказал Барин военным. Один зашел в гостиную и закрыл за собой дверь, но в холл все равно просочился запах смерти.
— Похоже на ключ от оружия, висит на цепочке у него на шее. В карманах еще один ключ, кажется, первичный ключ от одной системы и вторичный от другой.
Но сколько у них всего систем? И у скольких людей есть ключи? И знают ли они, в каком порядке ими пользоваться? Нельзя же надеяться, что жены других рейнджеров так же покончили с родственниками, как Прима.
— Мы нашли два оружейных ключа, — доложил Барин майору. — Они были у брата рейнджера Боуи. Думаю, что у каждого из рейнджеров было по одному или даже по несколько ключей. Скорее всего, они оставили их своим родственникам-мужчинам.
— Сколько с вами военных?
— Четверо, наш эскорт.
— Черт. Надо собрать все ключи, пока мы не взлетели на воздух. Эти парни совсем обезумели, посмотрели бы вы, что они тут вытворяют.
Барин слышал приглушенные расстоянием крики и потрескивание большого костра.
Эсмей Суиза вернулась на свой пост на мостике «Шрайка». К ее удивлению, все обращались с ней очень деликатно, в том числе и капитан Солис, который наконец-то отбросил последние сомнения. Усиленные отряды, которые прибыли к ним с борта «Наварино», вернулись на свой корабль. Мехарри, конечно, ни за что бы не обращалась с ней как с хрупкой фарфоровой статуэткой. Подумаешь, гипоксия! Сама она чувствовала, что вполне может приступить к своим обычным обязанностям, уж лучше снова работать, чем сидеть рядом с камерой Брюн, пока та спит. Если бы она могла присоединиться к Барину, вот было бы здорово. Но они уже скоро вернутся на базу.
— Спасибо, я хорошо себя чувствую, — ответила она, когда ей в третий раз предложили немного отдохнуть. — Ведь сейчас моя вахта… — Она заметила многозначительный взгляд, которым капитан обменялся с мастером Барлоу, офицером по связи. — Что такое? Я допускаю ошибки?
— Нет, лейтенант, вы прекрасно справляетесь со своими делами. Просто… некоторое развитие событий.
Внутри пробежал холодок.
— Развитие событий?
— Да… пока вас не было с нами, на планету был отправлен специальный отряд, чтобы доставить детей…
— Что случилось?
— Некоторые… сложности. И там внук адмирала Серрано.
Барин на планете?
— Почему? — Вопрос прозвучал как обвинение, хотя при чем здесь капитан? Она постаралась привести себя в норму. — То есть… почему для выполнения такого задания выбрали энсина?
— Вначале это поручили другому офицеру. Но так получилось, что он там, а так как он и вы, как я понимаю…
— Да, — твердо ответила Эсмей. Это уже не секрет.
— Он умудрился попасть в трудное положение. Мы должны ему помочь, но я не уверен, стоит ли отправлять туда вас. Вы уже и так пострадали…
— Я замечательно себя чувствую, — ответила Эсмей. — Я полностью пришла в себя, прошла медицинскую проверку на сто десять процентов. Конечно, выбор всегда за капитаном…
Солис фыркнул:
— Только, пожалуйста, не начинайте снова. И вообще, нельзя же быть везде и всюду. Он тоже, наверное, переживал, когда вы были там, на станции.
— Война вообще вещь несправедливая, — пробурчала Эсмей.
Капитан неожиданно улыбнулся ей.
— Вот это верно, Суиза. Не сомневайтесь, я обязательно пошлю вас, если сочту, что без ваших талантов им не обойтись. И если вы меня убедите, что ваша любовь к внуку адмирала не затмит все остальное и вы останетесь в здравом уме…
— Я люблю не внука адмирала, сэр, — ответила Эсмей. — Я люблю Барина.
Капитан снова переглянулся с мастером, она чувствовала, как покраснели у нее уши.
— Замечательно, — ответил Солис.
Ружейные выстрелы раздавались все ближе, а вместе с ними и знакомые звуки легкого оружия Флота. Барин чувствовал, что ему нужно что-то предпринять, но что? Если он выведет всю эту толпу на улицу, они подвергнутся большой опасности. Но и оставаться в доме не менее опасно.
— Серрано, такси на пятнадцать человек прибыло.
Это немного облегчит задачу.
— Сера Такерис, профессор, берите детей с «Элайаса Мадеро», малышей и… — Если есть место для пятнадцати взрослых… уже есть двое взрослых, четверо маленьких детей, ну уж десять малышей точно поместится. Нет, даже еще одна взрослая женщина и десять малышей. — Прима, выберите еще восьмерых самых маленьких и надежную женщину, которая присматривала бы за ними.
Прима привела седую и сморщенную, как высушенный фрукт, старуху; а уже через три минуты Барин вывел из дома женщин, малышей и четверых детей постарше и усадил их в машину. Он оглядел улицу, в самом конце она упиралась в парк, где росло много ярких цветов. Посреди парка выделялась большая каменная звезда с затупленными концами. Ему показалось, что на концах закреплены бронзовые пластины.
Вдруг открылась дверь дома напротив, и оттуда к нему бросилась женщина с опущенной головой. Когда женщина подбежала, она резко остановилась, но глаз не поднимала. За его спиной закричала Прима, и только тогда женщина проскочила мимо
Барина в сторону Примы и быстро-быстро заговорила:
— А младший брат Трэвиса взял тот ключ и вставил его в такую коробку, а потом Прима Трэвиса ударила его ножом, который схватила на кухне, он был весь в жире, а коробка все жужжит и жужжит, и вот она послала меня к вам, потому что одна из чужеземок, немая, написала: «Беда, беда, беда. Срочно нужна помощь».
Прима посмотрела на Барина.
— Это бомба, — сказал Барин, он не был уверен, поймет ли она. — Она запускается с помощью ключа…
— Ключ — это как выключатель? — переспросила Прима.
— Да. Если это те бомбы, которые были украдены у нас, то для каждой из них нужно как минимум два ключа… — А если бомбы из другого источника, откуда ему знать? — Это сделано так, чтобы никто случайно не взорвал бомбы. И ключи необходимо вставлять в строгой последовательности.