– Но…
– Даже ценой своей собственной жизни. В лабиринт пойдете в понедельник. Сегодня среда, значит у вас целых четыре с половиной дня. За это время можете обучить мальца всему, что посчитаете нужным. А у меня дела. Я буду в воскресенье вечером. На этом всё, можете быть свободны. – Парадокс сделал сложный пасс рукой и ушел в открывшийся перед ним стационарный портал, которые на территории его поместья находились буквально на каждом шагу. О том, где какой портал находится, и куда он ведет, знал только гном и ни с кем этим знанием не делился.
– Странный он какой-то сегодня, – проговорила Ариэтти.
– Это всё ты, Лео, виноват, – пробасил Сарг. – Что тебе мальчишка плохого сделал?
– Он Сет Архон. – Возмутился непониманием Сарга Леонард.
– И, что дальше? – спросила Ариэтти. – Убьешь его? Тогда ты точно недостоин быть императором.
– Да не в том дело, – успокаиваясь, проговорил Леонард и сел в стоящий неподалеку шезлонг. – Меня с детства приучали, что Сет Архоны это зло в чистом виде. Причем напоминали об этом практически ежедневно, ежечасно и ежеминутно. Подозреваю, что к истреблению рода Сет Архон могут быть причастны мои родственники. Наш род более древний и знатный, чем род Сет Архон, но из приставки Ар следует, что мы практически не обладаем магией. А значит, и на императорский трон мы претендовать не можем. И тут рождаюсь я, обладающий немалыми магическими способностями. Отец с рождения готовил меня к восхождению на императорский престол. Он даже мысли не мог и не сможет допустить, что я, как и тысячи передо мной, не смогу пройти испытания. Когда отец узнал о рождении Феанора мне было пять. Он пришел домой в жуткой ярости и сильно меня выругал за то, что я плохо стараюсь в обучении магии. Потом паладины уничтожили весь род Сет Архон, а отец направил меня учиться магии к Парадоксу. Поэтому сегодня утром, узнав твое имя, я не сдержался. Искренне прошу прошения.
– Прощаю, – коротко ответил Одинон, зная, что другого ответа давать нельзя. Иначе будет маленькая локальная война. И, не смотря на свою огромную силу, он эту войну проиграет.
– Ну вот и славно! – обрадовалась Ариэтти. – Теперь давайте решим как будем проходить лабиринт.
– Это действительно проблема. – Подтвердил Сарг. – Да еще и ребенка с собой тащить.
– Я не… – попытался было возразить Одинон, но пролетев пять метров оказался в бассейне. Он успел увидеть лишь окончание молниеносного движения Сарга, который сильным ударом отправил его в непродолжительный полет. И вот он уже в воде захлебывается от нехватки воздуха и невозможной боли в груди.
Еще через мгновение Одинон болтался в воздухе над бассейном и жадно вдыхал воздух ртом, отплевывая недавно проглоченную воду. Как ни странно грудь уже не болела. Ариэтти громко отчитывала Сарга, а Лео держал Одинона над гладью бассейна в магических путах. Вот Леонард делает короткий пасс левой рукой и одежда на Одиноне вновь сухая как и прежде. Еще один пасс и он уже стоит у борта бассейна.
– Ну, что? Страшно было? – спросил его Леонард.
– Всё произошло настолько быстро, что я даже испугаться толком не успел.
– Так вот в лабиринте всё происходит гораздо быстрее, а исход намного печальнее. – Сообщил безрадостную новость гигант и, уже обращаясь к остальным, спросил, – ну и, что мы с ним теперь будем делать? Научить чему-то за четыре дня не реально. Хотя потенциал у него просто колоссальный.
– А, что если использовать его огненные шары? – предложила Ариэтти.
– Нет уж, – возразил Лео. – Ты видела КАКИЕ шары он создает? Это же была звезда смерти. Он такими шариками нас же и сожжет.
– Тогда, что ты предлагаешь?
– Необходимо вычислить его потенциал, как физический, так и магический. И тогда уже можно будет, что-то решать.
– Я не могу, – произнес, молчавший до этого, Одинон.
– Чего ты не можешь? – хором спросили ученики Парадокса.
– Не могу создавать огненные шары. Пока вы тут решали, что со мной дальше делать, я пробовал создать огненный шар. Ничего не получается.
Ариэтти пристально посмотрела на мальчика. Ее глаза горели призрачным светом. Выглядело так, словно она его сканировала. Да, собственно, так оно и было. Через пару минут призрачный свет в глазах Ариэтти потух, и она произнесла:
– Ничего удивительного в том, что ты не можешь творить магию, нет. Ты потратил все свои силы на создание "Звезды смерти".
– Но это не возможно. Я… – Одинон запнулся на полуслове, поняв, что сейчас взболтнет лишнего. "Обговорю это с Парадоксом", подумал он.
– Я вообще удивляюсь, как ты смог выжить после этого. Ты потратил столько энергии, что хватило бы полностью стереть этот дом, – она указала на дом Парадокса, – с лица земли.