Учитель предпочитал просыпаться не слишком рано, поэтому у Одинона еще оставалось довольно много времени. Не смотря на отсутствие экзекутора в лице Леонарда, мальчик направился на полигон для прохождения "полосы неприятностей".
Впервые за время тренировок он выкладывался полностью, не боясь себя скомпрометировать. Надо отметить, что при таком подходе "полоса неприятностей" даже на банальную полосу препятствий не тянула – так легко её прошел Одинон. Но расслабляться никто не собирался, ведь менее чем через две недели предстояла битва с одним из стакхов, а это не сулит ничего хорошего. Мальчик увеличил сложность полосы препятствий полигона до приемлемого уровня и с азартом занялся саморазвитием. Он так увлекся тренировкой, что чуть не опоздал к завтраку.
Как выяснилось, самое интересное Одинон умудрился пропустить. В кухне царила довольно угрюмая атмосфера. За кухонным столом сидели трое. Гном довольно будничным тоном о чем-то беседовал с Леонардом, а Ариэтти молча взирала на это. И если присутствие Ар Сагейро было хоть как-то оправдано, ведь он должен был вернуться за вещами этим утром, то девушка должна была пробыть у царицы русалок не менее недели – именно столько времени необходимо для создания прямого портала.
– Всем привет, – поприветствовал присутствующих Одинон, он уже успел принять душ после тренировки и переодеться для праздничного завтрака.
– О, Феанор, – при упоминании этого имени гномом Лео скривился, словно от зубной боли, но промолчал. – А мы только тебя ждем. Или ты решил не завтракать?
– Отчего же? – бодрым голосом возразил мальчик, присаживаясь возле Ариэтти. – Утренняя тренировка отнимает уйму сил.
– Ты знаешь, Лео меня сегодня крайне удивил, – Парадокс говорил так, будто в кухне нет других учеников. Попутно он подмигнул мальчику, мол "подыграй мне", на что тот согласно кивнул. – Оказывается, он вчера на меня так разозлился, что решил отравить. – Услышав эти слова, Ариэтти гневно взглянула на старшего ученика. Подобным взглядом можно было камни дробить.
– Да что вы говорите, мастер, – изобразил удивление Одинон. – Ни за что бы не подумал. И что вы теперь намерены делать?
– Хватит этой комедии! – прервала разговор девушка. – Вы ведь, наверняка, уже всё решили, мастер, так зачем устраивать цирк?
– В воспитательных целях, – пояснил гном. – В конце концов, на нем лежит вина не только передо мной.
– Что вы имеете в виду? – не поняла девушка.
– Он прав, – вдруг подал голос Леонард. – Я повел себя недостойно мага и прервал твоё возвращение домой. Именно поэтому ты и оказалась у Морены, а я больше не учусь у мастера.
– Что!? – похоже, Парадокс не удосужился предупредить ученицу о произошедшем, и теперь она смотрела на окружающих непонимающим взглядом.
Некоторое время девушка молча осознавала полученную информацию. Никто ей не мешал. Действительно, не каждый день тебе предстоит узнать о столь подлом предательстве. Любой маг знал, что разрыв телепорта равносилен убийству, ведь шанс выжить при этом ничтожен. Ариэтти выжила совершенно случайно и даже не предполагала, что кто-то из её знакомых способен на такое. Пусть она не считала Леонарда своим другом, но и врагом он ей не был.
Была и еще одна проблема. Согласно кодексу магов, в случае летального исхода при разрыве телепорта, провинившегося судили как за убийство, но в случае, если телепортировавшийся маг выжил, он имел право решать судьбу провинившегося мага. Вот тут-то и была заключена самая большая дилемма: провинившийся маг имел право оспорить решение своего судьи, вызвав того на смертельный поединок чести.
По большому счету, Девушка хоть и была обижена на своего соученика за его проступок, но зла на него не держала. В то же время, спустить Леонарду подобное она никак не могла. Ариэтти боялась выносить какое-либо решение, ведь Ар Сагейро был страшно горд и мог опротестовать даже самое невинное наказание, а в поединке с ним она бы не выжила.
– Ариэтти, – Одинон положил руку ей на плечо в успокаивающем жесте, – мы совсем мало знакомы, но я знаю, на что ты способна. Твои навыки сейчас будут как нельзя кстати. – Юный бог понимал, что подобная помощь с его стороны несколько неуместна, но девушка думала уже почти полчаса и позволять ей тянуть с решением дальше, было столь же неприлично, как и вмешательство мальчика.
Его слова достигли цели, и глаза девушки засияли призрачным сканирующим светом. Она беглым взглядом окинула своего учителя и Одинона, продолжающего держать руку на её плече. Когда же она обратила свой проникающий взор на недовольного Лео, то на лице отобразился целый букет чувств. Непонимание, удивление и радость переплелись между собой странным плетением, обратившимся в твердую решимость.