– Хорошо, – согласился маг. – Это меньшее, что я могу для тебя сделать за подобную услугу.
Прощание с Леонардом прошло довольно скомкано, и уже после полудня Одинон вернулся к своим тренировкам. Ариэтти же решила сдать экзамены на получение ранга мага третьей ступени, поэтому весь день Парадокс посвятил ей.
Глава 23. Некротическое омоложение.
Яркое полуденное солнце согревало своими лучами древние могильные плиты. В листве молодых деревьев изредка пели разморенные жарой птицы. Какой-то обнаглевший воробей стащил из столовой сдобную булочку и теперь пытался припрятать её от стайки таких же пернатых хулиганов. Булка была уже надкусанной, но всё равно не уступала размерами самому воробью, но жадности и упорства птице было не занимать. Маленький пернатый воришка подхватывал булочку и клювом бросал в нужном ему направлении, после чего подлетал к ней и повторял отработанную процедуру.
Когда воробей был уже на половине пути к своему укрытию, скрывавшемуся в кустах, к нему спустился крупный черный голубь, так же желающий пообедать столь аппетитной булочкой. Вот только зря голубь рассчитывал, что его мелкий собрат решит поделиться добычей. Воробей оказался на редкость задиристым. Не успела большая птица примериться, как бы поудобнее схватить обед, а на её голову с громогласным чириканьем обрушился маленький ураганчик.
Ухватившись лапами за спину голубя, воробей принялся яростно долбить обидчика по голове клювом, при этом успевая поглядывать на лежащую неподалёку булочку, опасаясь новых охотников за халявой. Попытки голубя стряхнуть с себя противного мозгоклюя не увенчались успехом и не солоно хлебавши он удалился прочь, оставив попытки отобрать добычу. Воробей же с гордым видом вернулся к своей булочке и утащил её в кусты.
– Видали, как надо бороться, – весело обратился Хлюсерон к отдыхающим мортам-воинам. – Я хочу, чтобы вы сражались столь же самоотверженно, как эта маленькая птичка. Орлы, соколы, ястребы и прочие хищные птицы только и могут, что нападать на слабых исподтишка, а этот воробей не побоялся сразиться с врагом, многократно превосходящим его размерами и силой.
– Зря ты так, Хлюст, – вклинился в разговор Джос, – ребята и так выкладываются по полной. Каждый из них уже стоит троих солдат.
– Вот именно, что "троих солдат", – возмутился некромант непониманием со стороны друга, – а должны стоить как минимум десятка паладинов. Если ты желаешь осуществить наш план, то сам должен их гонять как положено, а они у тебя отдыхают. Завтра же пройдешь омоложение, иначе о дальнейших планах не может быть и речи.
– А может не стоит? – в очередной раз попытался отказаться старик.
Вот уже три дня, как алтарь в древней часовне был полностью восстановлен, и теперь некромант безуспешно пытался уговорить друга пройти омоложение. Дед же с упорством, достойным давешнего воробья, отстаивал своё мнение и находил всё новые и новые основания для отказа от омоложения.
Как выяснилось, искусство некропластики позволяло творить не только нежить, но и производить любые манипуляции с мертвой плотью. Именно эту способность Хлюст и планировал применить для омоложения своего друга, но была одна небольшая загвоздка – тот всё еще был жив. Недолго думая, некромант предложил убить Джоса, а после омоложения воскресить.
Идея вовсе не нашла отклика в душе старика. Несмотря на преклонный возраст, умирать Джос вовсе не намеревался. Попросту говоря, он жутко боялся, а узнав о возможности воскрешения и вовсе возмутился. Казалось бы, чего ж тут возмущаться, но кладбищенский смотритель договаривался с некромантом, что тот воскресит его жену, а теперь редкий ингредиент будет потрачен впустую и неизвестно когда еще можно будет его добыть. Вот на этой почве и шли нескончаемые споры между друзьями-соратниками.
На второй день споров пришли к мнению, что добыть сердце дракона (именно оно являлось основным компонентом при воскрешении) можно у церковников. Живых драконов после Последней Битвы в Сармонтазаре не осталось, а если таковые всё же имелись, то тщательно скрывали своё место пребывания, да и убить подобное существо задачка та еще. Зато в древних храмах Валора, построенных сразу после Последней Битвы, такие сердца были, ведь именно они защищали храмы от серой маны.
На дальнем краю кладбища устроили военный лагерь, где тренировался десяток мортов-воинов. Главным над этими воинами был назначен Джос. Хотя в первый десяток и отбирались лучшие воины прошлого, но за годы пребывания в неживом состоянии их навыки боя сильно пострадали, да и к новым телам еще надо привыкнуть. Джос гонял своих новых бойцов как мог, но возраст давал о себе знать и потому он был вынужден делать регулярные перерывы.