Судя по разговору Нины Андреевны, вечером в гостиной, ее сыну важно, чтобы его будущая жена умела ладить с соседями. Имела ровный спокойный характер, и самое главное, любила землю и заботливо ухаживала за садом.
По мнению Ульяны, Анжи такими качествами не обладала. Но ведь Марку не обязательно узнавать сию минуту об этом? И потом, с чего семейство Лапшиных взяло, что сможет с легкостью найти требующееся им совершенство в юбке? Хорошие хозяйки таковыми не рождаются, они ими становятся. Вот пусть Анжи и перевоспитывается под руководством свекрови. Научиться всему, что нужно и станет именно такой, о какой мечтает семья.
Пока Ульяна размышляла, Марк придвинулся ближе и осторожно снял с ее румяной щеки соринку. Нежное и внезапное прикосновение застало девушку врасплох. Вместо того чтобы поблагодарить и отстраниться, она прикрыла веками глаза и неосознанно потянулась к Марку. Но в последний момент перед соприкосновением горячих нетерпеливых губ, резко отпрянула, и, смутившись, вскочила на ноги.
— Нам пора ехать.
Старательно пряча взгляд, она не увидела, с каким разочарованием поднимался на ноги Марк.
— Да, наверное, нам пора.
Мысленно он обозвал себя ослом за то, что так легко сдался. Повернувшись к Ульяне, он протянул девушке руку. После недолгого колебания она приняла предложенную помощь… и очутилась у него в плену. Он крепко обнял ее таллию и медленно притянул к себе. Ульяна ощутила, что пульс ее участился, а руки беспомощно повисли.
Невыразимая чувственность, источаемая каждой клеточкой мощного тела Марка, проникала сквозь любую преграду. Любая нормальная женщина откликнулась бы на нее без промедления и сочла бы за счастье дать ему то, чего он добивался. Та, которую он обнимал в данный момент, тоже не смогла остаться безучастной. У Ульяны не было сил сопротивляться, но она попыталась достучаться к его рассудку:
— Не надо, Марк, пожалуйста. Мы оба потом не простим себе подобного поведения.
Отчаяние, прозвучавшее в голосе, заставило мужчину изменить первоначальное намерение и отпустить прелестную пленницу. Он сам себя не узнавал. Подобная мягкость была не в его характере. Обычно он всеми возможными способами добивался, чего хотел. А сейчас он отчаянно стремился поцеловать эту неприступную девушку. В случае недостаточно горячего ответа с ее стороны, собирался зайти даже дальше. Не услышь он в ее голосе горячую мольбу, вряд ли разжал бы руки.
— Извини, — глухо произнес он, избегая смотреть Ульяне в глаза.
Попробуй она сейчас облизнуть розовым языком губы или прикусить одну из них зубами, видит Бог, он бы не сдержался.
Ульяна глубоко вздохнула и опустила глаза. Он вел себя неразумно. Но ей ли его упрекать?
Настроение у девушки было хуже некуда. Царила мирная атмосфера летнего утра. Природа радовалась солнечному свету, весело пели птицы. Воздух наполняли дразнящие ароматы зеленых лугов. А Ульяна мучилась, не находя оправдания своему безрассудству. Больше всего ей сейчас захотелось утопиться в протекающем рядом ручье. Жаль, он для этого был слишком мелковат.
— Мне не за что тебя прощать. Я виновата не меньше тебя. Впредь буду осторожнее, только и всего.
Марк резко вскинул голову и нахмурился.
— Это означает, я буду лишен вот таких вот мирных прогулок с тобой, по вечерам?
— Да…. Не знаю! — в полном отчаянии воскликнула Ульяна и зашагала прочь, совершенно забыв, что находится далеко от дома и ни за что не дойдет пешком. Но до этого ли ей было сейчас?
— Постой, куда ты?
Марк опешил, но быстро опомнился и рванул за ней. Нагнав, схватил за руку и настойчиво потянул к себе. Ульяна испуганно отпрянула, ожидая новой атаки, но он успокаивающе погладил тыльную сторону ее ладони. Потом нагнулся и прикоснулся губами к холодным пальцам, согрев их своим дыханием. Настолько изысканный маневр успокоил беглянку. Она даже не стала вырывать руку из его сильных пальцев.
— Не пугайся, я только хотел подсадить тебя на лошадь, раз уж мы решили возвращаться домой. Пешая прогулка отнимет все силы, а ты ведь и так устала.
— Спасибо за заботу, — слабым голосом поблагодарила его Ульяна,
— По неведомой причине сегодня моя голова идет кругом. Я чувствую себя странно, потому и делаю, и говорю всякую ерунду. Как думаешь, это солнце во всем виновато?
— Не стоит сваливать на солнце нашу общую вину. И вообще, разрази меня гром, если я ощущаю ее! Ну что такого мы сделали? Я всего лишь собирался тебя поцеловать.
Марк и в самом деле не понимал, отчего Ульяна так бурно прореагировала на первый шаг к их сближению. Ему не пришлось долго гадать о причинах ее странного поведения.