— Да нет, дура. — Снежана сцепила руки в замок. — Я же не замечала, что Варя меня много лет ненавидит. Не замечала, что муж отдалился и врал мне столько времени, — с горечью говорила Снежана. — Кто я еще, если не дура?
— Снежка! — Мирон рванулся к жене и обнял ее. От ее боли в глазах у него защемило в груди, хотелось облегчить состояние Снежаны. — Не говори так о себе!
Данилова замерла в руках Мирона.
— Отпусти меня, — глухо потребовала она.
— Не хочу. — Мирон уткнулся в волосы жены и как одержимый вдыхал этот родной запах. — Как мне недоставало тебя, малыш, — с болью вымолвил он.
Сдавлено выдохнув, Снежана схватила мужа за свитер, чтобы оттолкнуть, желая выбраться из этих объятий, по которым она тоже очень соскучилась, но не смогла. Еще сильнее вцепилась в него, уткнувшись лицом в шею мужа, наслаждаясь ароматом любимого парфюма и таким же родным запахом Мирона. Крепость объятий, руки, стискивающие ее, вернули ее в прошлое — когда она в любой момент могла приникнуть к нему, насладиться силой и оказаться под защитой Мирона. Господи, как она соскучилась по нему! Прошло всего несколько недель, а ей кажется, что они в разлуке уже несколько лет.
— Люблю тебя, — прошептал Мирон, гладя жену по спине, зарываясь пальцами в пряди волос. Эти прикосновения были порывистыми, резкими, словно мужчина боялся, что жена выскользнет из его объятий в следующую же секунду. — Не могу без тебя!
«Думаешь, я могу?», — чуть не крикнула Снежана, давясь слезами. Слова Мирона разрывали ей сердце, заставляя вновь и вновь вспоминать то время, когда между ними все еще было хорошо. А этого уже не вернуть. Никто из них не в силах изменить прошлое.
Мирон чуть отстранил жену, заглядывая ей в лицо, вглядываясь в каждую черточку. Снежка страдала в разлуке, как и он, сильно осунулась, под глазами появились темные круги, кожа выглядела бледной. Черт, как бы ему хотелось стереть эти страдания одним махом!
— Малыш, — мужчина наклонился, отмечая, что Снежана прикрыла глаза и приоткрыла губы в ожидании поцелуя. И он не заставил ее долго ждать. Прильнул к губам жены, языком проникая вглубь рта.
Как давно они не целовались! Снежана ответила мужу, руками цепляясь за его плечи, боясь, что если отпустит его — Мирон исчезнет. Сейчас они вместе и только это имеет значение. Они целовались до боли, пока хватало дыхания, а потом застыли, судорожно дыша, не отрывая глаз друг от друга.
— Пожалуйста, разреши мне вернуться, — хрипло попросил Мирон.
Она бы и рада, так как любит мужа до безумия, но перед глазами вновь появились кадры — муж и Варя в их кровати. Дернувшись, Снежана отступила назад.
— Нет, я не могу.
— Снежка-а-а-а, — простонал Данилов, — неужели ты не можешь меня простить?
Девушка пристально посмотрела на мужа, а потом спросила:
— А ты бы меня простил? Если бы я тебе изменила с твоим другом, ты бы смог со мной жить после всего?
— Я не знаю, — растерялся Мирон. Вопрос очень важный, он чувствовал, и Снежане необходимо знать, что он ответит, но в том-то и дело, что Мирон не знал, что сказать. Смог бы он простить Снежану и Макса?
— Вот именно, Мирон, — Горько усмехнулась Снежана. — Ты не знаешь, о чем меня просишь. Я видела ваши фотографии, ты спал, а под боком у тебя лежала Варя. Эта картина не выходит у меня из головы.
— Вот сука, — выругался Мирон. Не знал он об этих снимках, иначе бы давно уничтожил их. И Варьке бы надавал по шее, эта стерва давно перешла все мыслимые границы.
Снежана вздохнула.
— Да уж. Кто тебя так отделал? — перевела она разговор на другую тему. Обсуждать с мужем его любовницу не было желания.
— Сначала твой брат, затем Макс, — Криво усмехнулся Мирон, машинально потирая скулу.
— Вадик был у тебя? — расширенными глазами девушка смотрела на мужа. — Я об этом ничего не знала.
— Я понял, что это была инициатива Вадима, — Ровно ответил Мирон. Злости на шурина у него не было, легко недовольство от его вмешательства и только. — А насчет Максима не удивлена? — приподняв бровь, спросил Мирон.
— Нет, я предполагала такой исход вашей встречи. — Снежана отошла от мужа. — Максу, как и мне, было очень больно, когда он обо всем узнал. Мне бы тоже хотелось оттаскать Варю за волосы, но так как она в положении от моего мужа — приходится сдерживаться. –
Снежана верила, что запросто могла бы начать выяснять отношения с Варей достаточно жестко. При всей ее миролюбивости, когда нужно было — она могла вполне постоять за себя.
— Снеж, это не мой ребенок, — В который раз повторил Мирон.