— Разве я мог не поделиться своим счастьем? — удивился Мирон.
Не мог, и Снежана его понимала. А ночью… Ночью Мирон вновь и вновь доказывал жене, что она единственная женщина в мире, которая ему нужна. Самая любимая, самая желанная.
Глава 15
Две недели в больнице тянулись очень долго. Варя изнывала от безделья и однообразия. С соседками по палате она так и не нашла общего языка, да и не пыталась этого сделать. Максим ей звонил раз в три дня, а приезжал лишь однажды, когда ей понадобилась консультация генетика. Муж отвез ее в Центр Охраны Материнства и Детства, а потом вернул в роддом. Симонов был предельно вежлив и подчеркнуто безразличен.
Варя считала минуты до выписки, так хотелось вернуться домой. Квартиру Симонова она считала своим домом. А как иначе, они прожили там пять лет. Квартира была обустроена под их нужды, очень уютная и комфортная. Да и нет там этих назойливых болтушек, которые носятся со своими животами как с писаными торбами.
Симонов смотрел дизайн-проект, представленный девчонками. Квартира совершенно преобразится, что очень понравилось мужчине. Холостяцкое жилье с минимум деталей. Все в меру, где-то, даже строго, но так было даже лучше, ничто не будет напоминать о прошлой жизни.
— Ну как? — девчонкам не терпелось услышать мнение клиента.
— А знаете, здорово. — Макс поднял оба больших пальца вверх. — Теперь строители могут приступать к отделке.
Личики Лены и Тани просияли.
— Завтра они и начнут.
— Уверен, теперь у вас будет много заказов. — Макс улыбался. — После той рекламы, что я вам сделаю — отбоя от клиентов не будет. — Симонов был уверен в том, что говорил. Да и в этой квартире можно будет жить после того, как ее оформят, без мучительных воспоминаний о прошлом.
— Спасибо и тебе, что дал нам возможность поработать. — Девчонки получили гонорар, и Симонов покинул квартиру.
Максим добрался до дома родителей и устроился в гостиной с бутылкой пива. Включил телевизор, где шла трансляция футбольного матча, и отсалютовал экрану:
— Все будет хорошо!
Как бы странно не звучало, но жизнь продолжалась!
Снежана часто ловила себя на мысли, что счастлива. Почти полностью, лишь легкие тучи набегали на чистый небосвод их семьи. В эти минуты Снежана заставляла себя переключаться — искать себе какое-нибудь дело, которое отвлекало бы от плохих мыслей. И к возвращению мужа домой, девушка была вновь улыбчивой, не смотрела с упреками и подозрениями. Мирон тоже заметил эти изменения, но старался не акцентировать свое внимание на этом. Он просто радовался тому, что они со Снежаной вместе.
В конце ноября к ним приехали Кочетковы.
— Мне тут подкинули путевки на турбазу. — Олег вольготно расположился на стуле, рядом с ним сидел Мирон. Их жены заняли диван. — В программу входят прогулки на свежем воздухе, шашлыки, посиделки вечерами у камина. — Мужчина перечислял все, прекрасно зная, что Даниловы не могут остаться равнодушными ко всему этому. — Ну как, интересует предложение?
Мирон со Снежкой переглянулись и широко улыбнулись.
— Спрашиваешь. Конечно, да.
— Отлично! — Кочетков потер ладони. — Ехать в эту пятницу, в воскресенье вечером обратно.
Олег с Юлей решили, что в данных обстоятельствах — конфликте двух бывших лучших друзей — они не станут принимать чью-либо сторону. Как общались раньше с Симоновым и Даниловыми, так и продолжат это делать. Теперь, правда, по отдельности. Но почему они должны выбирать кого-то, если любят и Макса и Мирона?
— В общем, ехать лучше на одной машине. В пятницу будьте готовы.
— Подготовимся. — Мирон достал из холодильника рыбу и пиво. Они с Олегом погрузились в разговор о проблемах строительства, обмениваясь техническими терминами и рассуждая, как лучше доделать коттедж.
Снежана отвела Юльку в гостиную, где Кочеткова, увидев кота, так его затискала, что Ричард, недовольно фырча и оглядываясь, сбежал из комнаты. Юля поведала Снежане о том, как поступила с ней Варя.
— Ты знаешь, я не удивлена. — Снежана предполагала что-то подобное. Варя не могла уйти просто так, обязательно надо причинить напоследок боль.
Юля тяжело вздохнула:
— А я до сих пор не могу понять, как столь жестоко может поступать та, которая носит под сердцем малыша? Разве она не должна сосредоточиться на этом? А Варя только сеет кругом раздор.
В груди Даниловой кольнуло: всплыли воспоминания о прошлом, когда она сама была в положении. Ее тогда мало интересовало происходящие вокруг события. Главным был малыш.