Добравшись до верха, она поворачивается, поднимает футболку и стягивает ее до конца.
— Срань господня.
Я не теряю времени, перепрыгивая через две ступеньки, а моя девушка визжит и бежит в спальню.
Когда я добираюсь туда, она уже на кровати, стоя на коленях, мы оба задыхаемся и смеемся.
— Ты такой медлительный, — шутит она. — И я не имею в виду, сколько времени тебе понадобилось, чтобы добраться сюда.
— Моя сестра — извращенка, раз посылает тебе нижнее белье.
Она проводит пальцем по одной из атласных лямок, дразня меня.
— По-моему, это очень умно.
— И все же она не должна была посылать моей девушке такие откровенные вещи. — Я звучу как недовольный малыш.
— Неужели, Кип? Ты решил теперь превратиться в ханжу?
— Моя семья так глубоко забралась к нам в отношения, что я даже не представляю.
— Перестань дуться и подойди поцеловать меня.
Забравшись на кровать, я тоже встаю на колени, руки скользят по ее обнаженным рукам к плечам. Я зацепляюсь большими пальцами за лямку нижнего белья, стягивая его вниз.
Ласкаю ее груди, подушечками пальцев нежно скользя по ее твердым соскам.
— Кажется, я готова, — стонет она, запрокидывая голову.
Я целую нежную кожу там, осторожно, чтобы не исцарапать ее щетиной своей бороды.
— Готова к чему, детка?
— Заниматься сексом. — Тэдди закатывает глаза.
Мы ждали два месяца. Я ждал, когда она скажет, что готова, не торопя и не давя на нее, но все равно желая трахнуть ее.
— Моим презервативам уже почти сто лет.
— Тогда хорошо, что я принимаю таблетки.
И что теперь говорить?
— Когда ты это сделала?
— В прошлом месяце. Я ходила в службу здравоохранения, чтобы быть в безопасности… на всякий случай.
— Ты имеешь в виду, что я могу заняться с тобой любовью без резинки?
— Гм... да?
Как мило!
Я почти никогда не был так возбужден за всю свою гребаную жизнь.
— Я ждал этого момента.
Тэдди смеется — пронзительный нервный смешок.
— Может, ты прекратишь?
— Нет, не могу, слишком возбужден.
— Ты должен быть спокойным и серьезным.
— Почему? Я хочу быть громким и ударять изголовьем кровати в стену. — Я немного подпрыгиваю на кровати, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения, при этом заставляя сиськи Тэдди подпрыгивать.
Двойной выигрыш.
— Ты не станешь бить изголовьем кровати. — Нахальная девчонка пихает меня в руку, а потом плюхается на спину и закидывает руки за голову. — Но ты можешь раздеть меня догола, если хочешь.
Я хочу.
И я это делаю.
Мой член такой жесткий и твердый, что это больно и становится невыносимо.
Я буду заниматься сексом со своей девушкой.
Я буду заниматься сексом, твою мать!
Я пытаюсь сдержать свой энтузиазм, но это трудно.
Очень сложно.
Я ухмыляюсь своему собственному каламбуру, хотя и не произнес его вслух, и как будто Тэдди может читать мои мысли, она закатывает глаза, когда я снимаю рубашку, брюки и…
— Ты можешь снять носки?
И носки тоже.
Если бы я не был так чертовски возбужден, я бы тоже нервничал — получать минет и дрочить нормально, но ничто не сравнится с настоящим делом. Не тогда, когда все пять футов пять дюймов красивых, забавных и умных спит в постели рядом с тобой каждую ночь, напоминая о себе.
До такой степени, что каждый из тихих вздохов и вдохов Тэдди заставляет меня напрягаться. Как и каждый кокетливый смех, и прикосновение к моему телу.
Я наклоняюсь, целуя кончик ее груди сквозь прозрачную красную ткань нижнего белья — ее тэдди, — смачивая его через кружево.
Целую вдоль ее ключицы, колонны шеи.
Мы целуемся — языки влажные, рты жадные, — пока мои руки блуждают по ее телу, нащупывая застежки на промежности ее боди.
Ласкаю ее киску большим пальцем, пока ее таз не начинает раскачиваться, и она извивается.
Пока она не умоляет меня:
— Сними его.
Затем я оказываюсь над ней, дразня ее клитор головкой своего члена, направляя его вдоль ее щели, поглаживая вверх и вниз, наблюдая, как расширяются ее зрачки и раздуваются ноздри. Это совсем не то, что раньше, — это момент, когда мы оба знаем, что будем заниматься сексом.
Трахаться.
Заниматься любовью. Как бы вы это ни называли, я готов.
Мы оба готовы.
— Не торопись, — раздается ее тихая просьба.
— Тебе страшно? — Я целую ее в лоб и убираю несколько прядей волос.
— Немного. — Ее руки сжимают мои бицепсы, и она прикусывает нижнюю губу.