Ей даже жаль было теперь краситься. Для кого? Зачем? А ведь сначала было не жалко. Скакала вокруг него. Разве что «приваты» бесплатно не танцевала. И вот… тысяча долларов вновь умерила ее гнев.
– …как ты относишься к роли любовницы? – уловила она краем уха и посмотрела на Шуру.
Тот томно качался на ягодицах и улыбался.
– Вашей? – спросила Алена, смягчив свою дерзость улыбкой. – Или Его?
Шура был в подобных делах хорош. Как гибрид угря с дипломатом. Он даже не дрогнул. Продолжал улыбаться.
– В общем.
– В общем я не согласна, – сказала Алена. – Я очень против общего пользования себя, как женщины.
Она присела в реверансе и распрощалась, оставив Шуру гадать, какие у нее планы на Стаса.
Клуб кормящих
Алена сидела на просмотровке и переписывала синхрон, ощущая спиной взгляд Бонечки. Слова игрока никак не хотели укладываться в пятнадцать секунд. Она крутила запись то туда, то сюда, размышляя, что вырезать и как склеить. Но мысли блуждали далеко-далеко.
Бонечке тем временем очень хотелось есть. Она уже пять раз намекнула, но Алена только сделала громче звук. Один раз – ладно, но не каждый же день! Она ей, как ни крути, не мать. Когда кто-то тронул ее за плечо, она лишь раздраженно скинула руку.
– Я же сказала нет, Элина! Не буду я тебе еду покупать!
Раздался смех, и она обернулась. Испугалась, что Бонечка с голодухи спятила. Но рядом с ней была не она. Это Ангелина Кан, непонятно как попавшая в отдел новостей, расхохоталась.
– Добро пожаловать в клуб Кормящих, – сказала она.
Алена сняла наушники, немного оцепенев.
– Ой, все! – обиделась за их спиной Бонечка. – Один раз купила две сушки и все, пиздец, благодетельница!
Она поднялась, попросила у кого-то из коллег сигарету и провожаемая злобными взглядами добрых самаритян, вышла. Ангелина помахала кому-то рукой, Алена не поняла, кому. Коллеги то входили, то выходили из круглого кабинета. Сев на корточки, Ангелина шепнула:
– Можем поговорить?
Алена кивнула.
Умом она понимала, что с Олегом что-то очень сильно не то. Но все равно, в глубине души на что-то надеялась. Проплакав ночь напролет, она решила признать произошедшее кармой. Наказанием за то, как разговаривала с бедным Андреем, который знал Олега три с лишним года подряд.
Они вышли в предбанник с двумя матерчатыми диванами и сели, не в силах поднять друг к другу глаза.
– Я знаю, что ты его не нарочно забыла. Будь ты настолько тупой, ты бы никогда так много не заработала…
– Спасибо! – жидко улыбнулась Алена. – Ты не обязана передо мной извиняться: я примерно знала, на что иду. Просто предполагалось, что я никогда его больше не увижу.
– Пфф!.. – выдохнула Злобина. – Я думала, ты меня ненавидишь.
– Лина! – уверенно сказала Алена. – У меня было две неудачных любви подряд. Сперва с водителем, затем с Шурой. Шуре я нос утерла, когда с его братом переспала. Пусть теперь докажет, что я на самом деле его любила, а не пыталась развести на бабло. Водитель был гораздо стыднее. И вот, представь себе: он скандалит, требуя выйти поговорить, я выхожу, а там – твой прекрасный брат с приветливым лицом Ганнибала Лектора. Водитель распсиховался, уехал с работы и, по ходу, ушел в запой, – она хлопнула в ладоши и рассмеялась. – Если у тебя есть еще братья, можешь смело отправлять их ко мне. Я дам им скидку десять процентов.
Ангелина рассмеялась, неосознанно потирая ладони.
– Андрей в тот вечер опять себе вены вскрыл.
– Вдоль или поперек? – цинично уточнила Алена. – Наверное, напился, аккуратно оттянул кожицу, ткнул ножичком и немедленно побежал к врачу.
– Мадам знает толк! – Ангелина хмыкнула.
– Я просто видела его шрамы… Теперь понятно, почему бедная ребенка распсиховалась так из-за телефона. Ему хоть тридцать лет есть?
– Будет в 2013.
На этот раз Алена позеленела.
– О, боже, какой кошмар! Теперь я точно ненавижу тебя! Я чувствую себя педофилкой. Фу-у-у! Господи! Теперь понятно, почему он трахается, как мальчик: он и есть мальчик!
Ангела хмыкнула, глядя, как Алена пытается натянуть свои колени на голову.
– Мужчине столько лет, на сколько он выглядит, – сказала она, – и, раз уж мы опять ладим, пойдем пожрем, пока Элина не засекла.
НОЯБРЬ 2007
Трое на одну
Олег без всякого интереса смотрел игру.
За стеклом, полубоком, стояла Алена Фирс. К этому времени он знал, что ее полное имя, – Фирсанова, но на работе она использовала короткое и звучное сокращение. Алена внимательно читала программку. Точнее, списки команд. Проследив за ее пальцем, Олег взял собственную программку и закатил глаза. Она изучала графы – рост, вес и возраст.