Дима вновь устало провел ладонью по лбу.
– И?..
– Я знаю, что она была мне верна, но я не знал, что он до этого приезжал и был не против с ней увидеться. Раньше она мне не изменяла.
– Олег, ты ее ударил, изнасиловал, да еще поставил перед необходимостью что-то решать по поводу возможной беременности! – перечислил Кан. – И ты сидишь, рассуждая о том, что она тебе изменила? Это твоя единственная проблема?
– Я порешал ее проблемы по работе, привез ей жратву, что она просила и чуть не получил по башке бутылкой! Я ей сто раз объяснял, что меня нельзя бить по голове!
– Видимо, не очень доходчиво, – Кан вздохнул. – Что дальше?
– Не знаю, – хмуро сказал Олег. – Я люблю ебанутую женщину, которая любит меня… Как ты понял, что ты хочешь жениться?
Дима снова вздохнул. В свои двадцать пять, Олег, порой, бывал наивнее близнецов. В первый раз Кан женился, потому что считал, что Оксана носит его ребенка. Второй, потому что он был уверен: дети – действительно от него.
– Я всегда хотел детей, семью. Когда люди этого хотят, то женятся, вот и все.
– Вот именно, а я не хочу семью. Я просто хочу Алену. Только ее и никого больше. Просто я не уверен, что я тот самый, за кого она хочет замуж.
Кан неопределенно хмыкнул и закатил глаза.
– Она мне ни разу не намекала, – объяснил пасынок. – И еще кажется, я ей надоел. Раньше она так не истерила…
– Возможно, раньше у нее просто были деньги от Деды Стаси… Блядь, твое счастье, что он состарился и устал!.. Слушай, Олег, твоя сестра права, не желая говорить с тобой об Алене. Такие вещи нужно решать только с ней одной. Не со мной, не Ангелой, не с Соней и боже упаси, не с Толяном! У вас свои отношения, своя химия. Я понятия не имею, как Алена тикает. Что именно я должен тебе сказать?..
– Если она согласится, ты ее примешь? В семью, я имею в виду? Она очень бедная. Мне плевать, но ты-то другой и я…
– Приму, – сказал Дима твердо, и Олег с благодарностью сжал его ладонь.
В дверь снова постучали, на пороге, как чертик из табакерки, появилась Ангела с детьми. Мальчики были уже в пижамах.
– Простите, – сказала она. – Но ребята не хотят идти спать, пока не увидят, что с Олегом все в порядке.
Дима чуть заметно сжал рот. Ему ли обвинять жену в том, какая она никчемная мать, если сам не сумел защитить своих сыновей от страха своей, или чьей-то смерти.
– Все в порядке, – сказал он им. – Входите и посмотрите.
Мальчики подбежали к Олегу и обняли, взволнованно заглядывая в глаза.
– Ты живой?
Олег не особенно любил сюсюкаться с детьми, но их искренняя забота его смутила.
– Все в порядке, – сказал он, погладив их по одинаковым светло-серым макушкам. – Просто голова закружилась.
Оба как-то странно переглянулись. То ли с облегчением, то ли с тревогой, что им говорят неправду. Каждый сжимал в ручонках его ладонь, дети смотрели с такой любовью, с такой тревогой, что у него сжалось горло. Едва не расплакавшись, Олег зажмурил глаза.
Дима поднялся, потянулся и хлопнув его по плечу, пошагал к дверям.
– За мной, команда.
– Олежик? – заискивающе позвала сестра и обняла его, позволив спрятать лицо на своем плече. – Ну, что с тобой?..
Не ответив, Олег покачал головой и чуть слышно шмыгнул носом.
– Башкой ударился… Хочу отбить себе еще часть мозга, чтоб стать ближе к женщине.
– Идиот.
Ангела осторожно гладила его щеки пальцами.
– Хороший мой, маленький мой, – сказала сестра и с затаенной нежностью погладила его волосы.
Олег терпеть не мог, когда его называли «маленьким», но был бесконечно благодарен ей за тепло. Он лег на диван и позволил ей укрыть себя пледом. Когда сестра села, он положил ей голову на колени.
– Ты мне как мать, которой у твоих детей никогда не было.
Ангела хмыкнула, машинально начала приглаживать пальцами его волосы.
– Я как сиделка, которая тебе понадобится, если ты не заткнешься.
Он улыбнулся ей и закрыл глаза. Так, раньше, пока еще не совсем спилась, его так гладила мама. Рой детских воспоминаний, полузабытых и им же самим дополненных, заставил его расслабиться. Как хорошо это, все же. Иметь маму. Пусть даже такую, как Ангелина. Которая, больше сестра. Хорошо иметь сестру, все-таки…
– Ну, давай же, спроси меня.
– Она говорила еще что-нибудь обо мне?
– Нет, то, что ты у Димуси спрашивал.
Олег застыл на минутку, потом рассмеялся и смеялся до слез.