Порт ночью — это отдельный мир. Мир гигантских, безмолвных теней кораблей, скрипа металла, запаха соли, мазута и ржавчины. Я припарковалась в двух кварталах от указанного пирса и дальше двигалась пешком, сливаясь с тенями. Воздух был холодным и влажным, с реки дул пронизывающий ветер.
Я бесшумно перебралась через забор и приземлилась на мягкую землю. Двигаясь от одного укрытия к другому — контейнеры, штабеля досок, заброшенные строения — я продвигалась к месту встречи. И вот, в тени огромного крана, я увидела его.
Лука. Мой брат. Он был одет так же, как и я, в черное. Его лицо в полумраке казалось резким и напряженным. В руках он держал автомат, опущенный вниз. Увидев меня, он кивнул.
— Сестра. Опоздала.
— Были...непредвиденные обстоятельства, — пробормотала я.
— Отец в курсе про Марчелли?
— Да.
Лука сжал губы. Его неприязнь к Доменико и всей семье Марчелли была еще сильнее моей. Для него это было не личное, как для меня, а вопрос долга и мести.
— Хорошо. Значит, будет весело. Грузовик должен подъехать к пирсу №7 через пятнадцать минут. Наша задача — обеспечить прикрытие и чистоту сделки. Сильвано и его ребята будут грузить. Мы — их глаза и уши. Держись ближе ко мне.
Я кивнула, проверяя свой пистолет. Адреналин начал наполнять мои вены, вытесняя все остальные эмоции. Страх, сомнения, мысли об Алексе — все это ушло на второй план. Остался только холодный расчет и обостренные чувства. Я прислушивалась к каждому шороху, вглядывалась в каждую тень.
— Пошли, — тихо сказал Лука, и мы, как два призрака, двинулись вдоль линии контейнеров по направлению к пирсу №7.
Темнота сгущалась, и в тишине порта слышался только отдаленный гул города и плеск воды о сваи. Мы были охотниками. И мы знали, что где-то там, в этой же темноте, возможно, притаилась другая стая. Стая во главе с человеком, чей призрак преследовал меня все эти годы. И эта ночь могла закончиться чем угодно.
Тени в порту, Часть 51
Ночь в порту была живым существом, дышащим скрипом металла, плеском воды и гулом далекого города. Мы с Лукой двигались как тени, от одного укрытия к другому. Наши шаги не издавали ни звука, сливаясь с шорохом ветра, гулявшего между горками контейнеров. Воздух был холодным и влажным, он обжигал легкие и заставлял кожу покрываться мурашками. Я благодарила себя за то, что надела плотную водолазку, но холод пробирал до костей — не столько от погоды, сколько от ожидания.
Лука шел впереди, его фигура, знакомая с детства, сейчас была воплощением смертоносной грации. Он то замирал, прислушиваясь, то плавно двигался дальше, его автомат был продолжением его рук. Мы не разговаривали. Все необходимое было сказано взглядами и жестами. Мы работали как единый механизм, отточенный годами тренировок и врожденным чувством друг друга.
В ухе тихо потрескивала рация.
— Грузовик на подходе, — донесся голос Сильвано. — Готовьтесь.
Мы заняли позицию на крыше низкого склада, откуда открывался вид на пирс №7. Внизу, в желтоватом свете редких фонарей, к пирсу медленно подъезжал большой фургон с потушенными фарами. Из кабины вышли двое мужчин — наши. Почти сразу из-за угла соседнего склада появился Сильвано со своей командой. Они были похожи на стаю волков — молчаливых, собранных и смертельно опасных. Обмен был краток: несколько ящиков из фургона перенесли в ожидающую лодку с затемненными бортами.
Я прильнула к прицелу своего пистолета, водя дулом по периметру. Каждый нерв был натянут как струна. Лука следил в бинокль, его дыхание было ровным и спокойным.
— Тише воды, ниже травы, — прошептал он, и в его голосе не было ни капли напряжения. Для него это была рутина.
Именно в этот момент тишину порвала тресковая очередь. Она пришла слева, из-за штабеля контейнеров. Пули ударили по капоту фургона, высекая снопы искр.
— Засада! — крикнул Лука, и наша слаженная работа началась.
Мы не стали паниковать. Адреналин, который до этого лишь холодной волной разливался по венам, теперь вспыхнул огнем. Я сместила прицел в сторону выстрелов и выдала несколько ответных очередей, чтобы заставить противника залечь. Внизу Сильвано и его ребята мгновенно рассредоточились, используя фургон и ящики как укрытие. Началась перестрелка. Глухие хлопки выстрелов с нашей стороны и более резкие — со стороны нападавших разрывали ночную тишину, смешиваясь с звоном разбитого стекла и рикошетом пуль о металл.
— Их человек пять, не больше, — доложил Лука, продолжая наблюдать в бинокль. — Стреляют неважно. Это не основная атака, разведка боем.
— Или отвлекающий маневр, — добавила я, продолжая методично стрелять, чтобы не дать им поднять головы.