Я снова натянул балаклаву, скрывая лицо. Затем снял свою темную толстовку и накинул ей на плечи. Она была ей велика, но это было лучше, чем ничего.
— Надень капюшон. Закрой лицо.
Она послушно натянула капюшон, и тень скрыла ее черты. Теперь она была просто силуэтом в темной одежде.
— Готова? — спросил я, беря свой автомат на изготовку.
Она кивнула, ее пальцы сжали рукоятку пистолета. В ее глазах я увидел не страх, а решимость. Ту самую, что когда-то заставляла меня гордиться ею и одновременно бесить до глубины души.
Я распахнул дверь. В коридоре стояли трое. Они не ожидали такого стремительного появления. Моя очередь скосила двоих. Третий успел выстрелить, пуля просвистела у самого моего уха, но Кассандра, не колеблясь, ответила точным выстрелом из моего пистолета. Он упал.
Мы двинулись по коридору, прикрывая друг друга. Она шла за мной, ее дыхание было ровным и сосредоточенным. Мы работали как единый механизм. Она предугадывала мои движения, я чувствовал ее за своей спиной. Это было...правильно.
Мы достигли лестницы, ведущей вниз, но с нижнего этажа уже доносились крики и топот. Путь был отрезан.
— Назад! — скомандовал я, отступая.
Мы побежали обратно, но с другого конца коридора показалась еще одна группа. Нас зажали.
Я окинул взглядом коридор. Окно. В конце, справа. Оно выходило на задний двор, где мы должны были встречаться.
— Там! — я указал на него.
Мы бросились к окну. Я выстрелил в стекло, оно разлетелось на осколки. Обернулся. Они уже близко.
— Прыгай! — крикнул я ей.
Она посмотрела вниз. Второй этаж. Высоко, но не смертельно.
— Ты первый, — сказала она, разворачиваясь и занимая позицию для прикрытия.
Чертова упрямая женщина. Я не стал спорить. Перекинул ногу через подоконник и спрыгнув вниз, приземлился на мягкую землю, перекатом погасив инерцию. Я тут же вскочил и обернулся.
— Кассандра! Давай!
Она все еще стояла у окна, отстреливаясь. Я видел, как она замялась, оценивая высоту. В ее глазах мелькнула тень страха.
— Сейчас же! — зарычал я, простирая к ней руки. — Прыгай!
Она сделала глубокий вдох, оттолкнулась от подоконника и полетела вниз. Время замедлилось. Ее фигура в моей толстовке, развевающиеся пряди волос из-под капюшона...Я поймал ее на лету, обхватив за талию и ноги, и мы вместе рухнули на землю, смягчая падение.
Она оказалась на мне, легкая, почти невесомая. Такая же, как и два года назад. Ее дыхание перехватило, а глаза, полные удивления, смотрели на меня из-под капюшона. В них не было страха. Было что-то другое. Что-то, что заставило мое сердце пропустить удар.
Но времени на раздумья не было. Я резко поднялся, подняв и ее.
— Бежим!
И мы побежали, оставив позади крики и выстрелы, в ночь, которая внезапно стала не такой уж и враждебной. Потому что она была жива. И была со мной. И в этот момент ничего другого не имело значения.
Мы влетели в салон внедорожника, хлопая дверьми. Я завел двигатель, даже не переводя дух. В зеркале заднего вида мелькнуло лицо Луки — бледное, с небольшим пластырем на брови, но живое. Рядом с ним Джиа, уже успевшая достать свой планшет, но ее поза была расслабленной. Она сидела близко к нему, их плечи почти соприкасались.
— Лука, твою машину заберут и отгонят к твоему дому, — бросил я, выруливая на ночную трассу и нажимая на газ. — Никаких следов.
Он просто кивнул, уставшо закрыв глаза. Кассандра молча пристегнулась на пассажирском сиденье, все еще в моей толстовке. Капюшон свалился, открыв ее короткие, взъерошенные волосы. Вид ее в моей одежде вызвал резкий, болезненный укол в грудь. Воспоминание: она, в одной из моих футболок, слишком большой для нее, бродит по моей квартире на рассвете, смеясь над чем-то, ее длинные тогда еще волосы рассыпаны по плечам. Я сжал руль так, что костяшки побелели, гоня прочь этот образ.
Мы ехали в тишине, нарушаемой лишь шумом двигателя. Через некоторое время я мельком взглянул в зеркало. Джиа, склонив голову, уснула на плече Луки. Он не отстранился, его лицо было спокойным, почти нежным. Странная картина. Я уже не раз замечал эту непонятную связь между ними. Не враждебность, не флирт, а какое-то... глухое понимание. Как будто их объединяла какая-то общая, невысказанная тайна.
Лука...Он был хорошим человеком. Честным, в своем понимании чести. И, как выяснилось два года назад, не виновным в смерти моего брата, Маттео. Пуля, которая убила его, была выпущена из пистолета Кассандры. Она, защищая брат в той засаде, не знала, в кого стреляет. Она не знала, что это брат человека, с которым тайно будет встречаться через несколько лет.