Выбрать главу

— Чем я могу помочь? — тихо спросила я.

Джиа, не отрывая взгляда от экранов, протянула мне небольшую коробочку. В ней лежал комплект связи, похожий на тот, что был у Доменико — провода, микрофон и два почти невидимых наушника.

— Тебе нужно это надеть, — сказала она деловито. — Подключишься к нашему общему каналу. Иди к Доменико. Пусть поможет тебя «обвесить». У него уже есть опыт.

Мое сердце провалилось куда-то в пятки. К нему. Сейчас. Просить о помощи. После вчерашнего...всего.

— Я...я сама справлюсь, — попыталась я возразить.

Джиа на секунду оторвала взгляд от монитора и посмотрела на меня с легким недоумением.

— Кассандра, это не игрушка. Если провод отойдет или микрофон зацепится, мы потеряем связь в критический момент. Доменико знает, как закрепить все надежно. Иди.

Судьба, казалось, решила поиздеваться надо мной. Я глубоко вздохнула, сжала коробочку в руке и медленно побрела через комнату к Доменико. Лука, закончив разговор, отошел проверять свое оружие.

Доменико услышал мои шаги и обернулся. Его взгляд был пустым и деловым.

— Что?

Я протянула ему коробку, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Джиа сказала...что ты можешь помочь мне надеть это.

Он взял коробку, открыл ее и бегло осмотрел содержимое. Потом его взгляд медленно поднялся на меня, скользнул по моей фигуре в простых джинсах и толстовке, и в его глазах заплясали знакомые черные искорки насмешки.

— Конечно, — произнес он, и в его голосе послышалась легкая, едва уловимая издевка. — Раздевайся.

У меня отвисла челюсть. Сначала я не поняла. Потом до меня дошло. Кровь бросилась в лицо, сначала от смущения, а потом от ярости.

— Что?!

— Ты слышала, — он парировал, и уголок его рта дрогнул. — Толстовка мешает. Сними ее.

Он явно получал удовольствие от моего замешательства. Я сжала кулаки, чувствуя, как готова либо ударить его, либо развернуться и уйти. Но я не могла позволить ему увидеть, как он меня задевает.

— Я не буду ничего снимать, — сквозь зубы проговорила я.

— Как знаешь, — он пожал плечами и сделал вид, что поворачивается назад к своему оружию. — Тогда сама разбирайся с проводами. Надеюсь, в критический момент у тебя все получится.

Черт. Он поставил меня в безвыходное положение. Я не могла рисковать срывом связи из-за своей гордости.

— Хорошо, — выдохнула я, чувствуя, как горит все лицо. — Но только толстовку.

Он кивнул, и на его лице на мгновение промелькнуло выражение, которое я не могла расшифровать — не триумф, а что-то более сложное. Он указал головой на небольшую смежную комнату.

— Пойдем. Здесь мешают.

Я последовала за ним, чувствуя себя на эшафоте. В комнате было темно и пусто, если не считать пары складных стульев. Дверь он не закрыл, но мы были вне поля зрения остальных.

— Ну? — он повернулся ко мне, скрестив руки на груди.

Мои пальцы дрожали, когда я взялась за низ толстовки. Я сняла ее и бросила на один из стульев, оставаясь в одной облегающей темной футболке. В комнате было прохладно, и по коже побежали мурашки. Я скрестила руки на груди, стараясь не смотреть на него.

Он не сказал ни слова. Он взял один конец тонкого провода с клипсой.

— Повернись.

Я медленно повернулась к нему спиной. Я чувствовала его присутствие всего в сантиметрах от себя. Воздух сгустился, наполнившись напряжением.

Он наклонился, и его пальцы, теплые и удивительно нежные, коснулись моего бедра, чтобы закрепить клипсу на моих джинсах. Прикосновение было быстрым и профессиональным, но от него по всему моему телу пробежал разряд тока. Я замерла, затаив дыхание.

— Теперь провод нужно провести под одеждой, к микрофону, — его голос прозвучал прямо у моего уха, тихо и спокойно, без тени насмешки. — Иначе он будет цепляться.

Прежде чем я успела что-то сказать или понять, его руки снова коснулись меня. На этот раз он просунул ладони под мою футболку сзади. Я вздрогнула от неожиданности. Его пальцы, горячие и шершавые, скользнули по моей коже вдоль позвоночника, ведя за собой провод. Каждое прикосновение было как ожог. Мурашки бежали вверх по спине, и я почувствовала, как по телу разливается тепло, совершенно неуместное в данной ситуации. Я сглотнула, пытаясь сохранить равновесие и не выдать свое состояние.

Его руки двигались медленно, методично, следуя по линии моего позвоночника к шее. Он был так близко, что я чувствовала тепло его тела и слышала его ровное дыхание. Пахло им — кожей, оружием и чем-то неуловимо древесным. Мой собственный пульс отдавался в висках оглушительной дробью.

Он провел провод до уровня лопаток, а затем его руки разошлись в стороны, чтобы обхватить мои плечи и провести провод вперед, к груди, где должен был крепиться микрофон. В этот момент его пальцы слегка коснулись моих боков, и я невольно содрогнулась, чувствуя, как все мое тело напряглось от этого интимного, вынужденного контакта.