Выбрать главу

Слова просились наружу. Простой, светский комплимент. «Вы прекрасно выглядите». Но слова застревали в горле. Это было бы слабостью. Признанием. Но молчание было еще хуже. Оно было густым, тягучим, полным невысказанного.

Я сглотнул и заставил себя говорить, глядя на дорогу.

— Платье... — начал я, и голос мой прозвучал чуть хриплее, чем я хотел. — Оно...тебя не сковывает? В случае, если придется двигаться быстро.

Она медленно повернула голову. Ее карие глаза в полумраке казались бездонными.

— Не беспокойтесь, мистер Марчелли, — ее голос был тихим, но твердым. — Я умею двигаться в любом платье. И на любых каблуках.

Я почувствовал, как уголок моих губ непроизвольно дрогнул. Всегда боец. Всегда готова к вызову.

Мы подъехали к музею. Роскошное здание сияло огнями, у входа толпились пары в масках и вечерних нарядах. Я припарковался, вышел и обогнул машину, чтобы открыть ей дверь. Она приняла мою руку, и ее пальцы, холодные в тонкой шелковой перчатке, легли на мою ладонь. Когда она выпрямилась, я почувствовал ее легкий, пьянящий аромат — не тот, что был тогда, а новый, более пряный и сложный.

Она отпустила мою руку и вместо этого легко, почти невесомо, взяла меня под локоть. Ее прикосновение было формальным, как и полагалось по легенде, но от него по моей руке пробежала током волна жара. Мы сделали шаг к входу.

И тут я наклонился к ней, мои губы оказались в дюйме от ее уха, скрытого гладкими прядями каре.

— Маски, — прошептал я, и мое дыхание, должно быть, коснулось ее кожи.

Она кивнула, не глядя на меня. Одним синхронным, почти ритуальным движением мы поднесли к лицам наши маски. Ее — черную, усыпанную пайетками, с перьями. Мою — простую, черную, из бархата. Те самые маски.

Мир сузился до щелочек для глаз. До ее руки на моем локте. До ее запаха. До памяти о той ночи, что витала между нами, как призрак.

— Готовы, Стелла? — спросил я тихо, глядя прямо перед собой на освещенный вход.

— Всегда, Лео, — так же тихо ответила она.

И мы пошли вперед, навстречу врагам, маскараду и нашим собственным, самым опасным демонам.

Войдя в здание Метрополитен, нас охватила волна тепла, густой гул голосов и музыка. Главный зал, обычно хранящий торжественную тишину, был преображен до неузнаваемости. Высокие, расписные потолки терялись в полумраке, подсвеченные лишь мягким светом, который выхватывал из толпы причудливые маски и сверкающие наряды. Мраморные полы отражали мерцание тысяч огней, а в центре, на импровизированной эстраде, струнный квартет исполнял что-то из Вивальди — живое, пронзительное и идеально вписывающееся в эту картину иллюзорной роскоши.

Людей было много. Очень много. Пестрое, постоянно движущееся море бархата, шелка, перьев и блесток. Охраны тоже хватало. Мускулистые мужчины в безупречных смокингах с почти незаметными наушниками-вкладышами стояли по периметру, их взгляды, острые и профессиональные, постоянно сканировали толпу. Я отметил про себя еще несколько человек в штатском — их выдавала слишком уж расслабленная поза и отсутствие интереса к окружающему великолепию.

Мы с Кассандрой нашли свою позицию — у высокой колонны неподалеку от бара, с которой открывался хороший обзор на один из входов в соседний зал, где, по данным Джиа, должны были крутиться Варгасы. Я взял два бокала с шампанским с подноса проходящего официанта и протянул один ей. Наши пальцы снова едва коснулись. Искра. Всегда эта проклятая искра.

— Спасибо, — тихо сказала она, принимая бокал.

— Не за что, — так же тихо ответил я, и мой взгляд скользнул за ее плечо. — Не двигайся. В трех шагах позади тебя, у статуи Дианы. Человек в маске в виде головы волка. Это один из младших Варгасов. Алехандро.

Она не обернулась, лишь ее глаза за маской сузились, становясь еще более сосредоточенными.

— Вижу его отражение в стекле витрины, — так же тихо ответила она, делая вид, что потягивает шампанское. На самом деле, она лишь смочила губы. Я поступил так же. Алкоголь был сейчас непозволительной роскошью.

Мы стояли, следуя легенде. Я время от времени наклонялся к ней, будто что-то шепча на ухо — очередную информацию о замеченном враге или просто ничего не значащий светский комплимент, чтобы поддержать образ. Каждый раз, когда я приближался, я чувствовал ее запах — тот самый, новый, пряный и пьянящий, с нотками пачули, табака и чего-то сладкого, возможно, темного шоколада. Он сводил меня с ума. Он был повсюду. Он был на ее коже, на ее платье, в воздухе между нами.

Я смотрел на нее, и не мог оторваться. Как она держала бокал. Как ее пальцы в тонких перчатках лежали на моей руке. Как ее каре оттеняло длинную линию шеи. Как тот чертов штан в губе сверкал при каждом движении. Я чувствовал, как внутри меня растет знакомое, опасное желание. Желание прикоснуться. Обнять. Почувствовать.