— А что насчет выпивки? — поинтересовалась я. — Я не планирую много пить.
— И правильно, — он кивнул. — Я тоже. Будем делать вид. Шампанское в бокале — для антуража. Настоящие напитки оставим на потом. Гостей много. Будут и старые знакомые. Надеюсь, ты помнишь Томми «Быстрые пальцы»? Он с братом приедет.
Я закатила глаза. Томми. Его Лука приводил домой, когда мы были подростками. Он тогда пытался научить меня воровать кошелек, а я, в отместку, подложила ему в кроссовки слизняка.
— Как же, помню, — вздохнула я. — Надеюсь, он вырос из воровства кошельков.
— Он теперь в легальном бизнесе, — усмехнулся Лука. — Ну, почти. Владеет сетью прачечных. Идеальное прикрытие, как по мне.
Вскоре мы подъехали к «Обсидиану». Клуб располагался в неприметном здании в индустриальном квартале, без вывески. Снаружи он напоминал заброшенный склад, но у входа стояли двое внушительных охранников, которые, узнав Луку, молча пропустили нас внутрь.
И мы вошли в другой мир.
Если снаружи было тихо и мрачно, то внутри бушевала жизнь. «Обсидиан» был огромным пространством с высокими потолками, оставшимися от склада, но теперь они были скрыты в полумраке, из которого свисали люстры в виде сталактитов из хрусталя и черного металла. Стены были отделаны черным матовым камнем и полированной сталью. В центре располагалась многоуровневая танцевальная площадка, окруженная полукруглыми диванами и столиками из темного дерева. Бар, подсвеченный синей неоновой полосой, тянулся вдоль всей дальней стены. Воздух был густым от смеси дорогих духов, сигарного дыма и предвкушения праздника.
Гостей было уже много. Мужчины в безупречных смокингах, женщины в ослепительных, часто откровенных нарядах. Я видела знакомые лица — сыновей старых партнеров отца, дочерей союзников. Взгляды скользили по нам, оценивающие, любопытные. Мы с Лукой были здесь не просто гостями. Мы были символами.
Я сняла шубу и отдала ее гардеробщику. Мое синее платье в свете клубных огней заиграло новыми, сапфировыми вспышками. Я чувствовала на себе десятки взглядов.
К нам тут же подошла группа молодых людей. Среди них я узнала Томми — он все такой же вертлявый, но теперь в дорогом костюме.
— Лука! Старина! — он хлопнул моего брата по плечу. — И...Кассандра? Черт возьми, ты выросла! — его взгляд проделал тот же путь, что и у Луки, и он присвистнул. — И как же ты выросла...
Я заставила себя улыбнуться, холодно и вежливо.
— Томми. Рада видеть. Слышала, ты теперь в прачечном бизнесе. Поздравляю.
— Да, да, — он засмеялся, но его глаза бегали по мне с неприкрытым интересом. — Все чисто и легально. А ты? Все еще организуешь свадьбы? Может, мою примешься организовать?
— Твою? — я подняла бровь. — А невеста в курсе?
Все засмеялись. Я чувствовала себя как на сцене. Каждое слово, каждая улыбка были частью представления.
И тут я увидела, как через толпу к нам прокладывает путь она. Алессандра. Итальянка. Она была в платье цвета спелого граната — длинном, струящемся, из тяжелого шелка, с асимметричным плечом и длинным разрезом, открывающим ногу. Ее темные волосы были собраны в небрежный, но элегантный узел, оставляя открытой длинную шею. Она выглядела как королева древней империи.
— Кассандра! Лука! — ее голос был низким и мелодичным, с приятным акцентом. Она поцеловала меня в обе щеки, ее губы были мягкими и прохладными. — Выглядишь ослепительно, cara mia. Это платье...оно на тебе просто оживает.
— Спасибо, Алессандра, — я улыбнулась, на этот раз искренне. — Ты тоже прекрасна.
— Спаси меня от этих скучных разговоров о бизнесе, — она с легкой насмешкой посмотрела на Томми и его компанию, взяла меня под руку и мягко, но настойчиво повела в сторону, к бару. — Пойдем, выпьем чего-нибудь безалкогольного и посплетничаем, как цивилизованные люди. Оставь мужчин их мужским разговорам.
Я с облегчением последовала за ней. Мы отошли от группы, оставив Луку разбираться со старыми приятелями. У бара Алессандра заказала два тоника с лаймом.
— Ну? — она повернулась ко мне, ее умные, темные глаза изучали мое лицо. — Как ты, tesoro? Я слышала, у вас были...интересные времена.
Пока мы говорили, по клубу тихо, пока еще фоном, лилась хаус-музыка с глубоким битом — ненавязчивая, но задающая ритм. Вечеринка только начинала раскачиваться. Я смотрела на Алессандру, чувствуя странное облегчение от того, что могу поговорить с кем-то, кто понимал этот мир, но не был его заложником в той же степени, что и я. И в то же время я ловила на себе взгляды. Взгляды мужчин, полные интереса. Взгляды женщин, полные зависти и оценки. И где-то в глубине зала, я чувствовала, должны были быть и другие взгляды. Взгляды врагов. И, возможно, взгляд одного конкретного человека с иссиня-черными волосами и ледяными глазами. Ночь только начиналась.