— Контейнеры с «техникой» задерживаются, — докладывал один из старших капо, Сильвано, постукивая пальцем по разложенным перед ним бумагам. Его лицо было мрачным. — Таможня в Майами внезапно усилила проверки. Говорят, по наводке. Возможно, Варгасы постарались.
— Варгасы слишком заняты вылизыванием ран после нашего визита, — парировал Лео Вителло, его спокойный голос был глотком здравомыслия в комнате, полной горячих голов. — Это может быть их работа, а может и нет. Не стоит слепо кивать в их сторону. Возможно, это просто неудачное стечение обстоятельств.
— Неудачное? — вспылил молодой и вспыльчивый Джованни. — Да они нам на каждом углу палки в колеса ставят! Надо ответить! Жестко!
— Ответить? — холодно переспросил я, и мой голос, прозвучавший впервые за полчаса, заставил всех замолчать. — Ответить тем, кто, возможно, и не виноват? Тратить ресурсы на призраков? Ты хочешь начать войну на два фронта, Джованни? С Варгасами и с призрачным «третьим игроком» одновременно?
Джованни смущенно откашлялся и опустил глаза. В комнате повисла тишина. Они ждали моего решения. Но мой мозг был где-то далеко.
Прошло четыре дня. Четыре дня с той ночи в «Обсидиане». Четыре дня молчания. Мы с Кассандрой не обменялись ни словом. Никаких сообщений, никаких случайных встреч. Только гнетущая тишина, прерываемая сводками о том, что Варгасы ведут себя тихо, зализывая раны. Эта тишина сводила меня с ума хуже любой перестрелки.
И сегодня утром, не в силах больше терпеть, я отправил ей сообщение. Короткое, простое, без лишних слов.
«Сегодня вечером. Просто прогуляться. Если ты еще не передумала. 20:00, у того фонтана в Центральном парке.»
Я отправил его ровно в 11:07. Сейчас на часах было 11:12. Пять минут. Всего пять минут. А в голове уже роились черные мысли. Она передумала. Она поняла, что это безумие. С ней что-то случилось. Варгасы вышли из спячки и нашли ее. Мой палец непроизвольно потянулся к экрану телефона, лежавшего рядом на столе, чтобы проверить, не пришло ли ответа. Я заставил себя убрать руку.
— Доменико? — голос Лео вывел меня из оцепенения. — Ваше решение? По поводу майамского порта.
Я собрался с мыслями, пытаясь вернуться в реальность.
— Лео прав. Не наводить шумиху. Ищем обходные пути. Проверяем все каналы. Узнайте, кто именно на таможне получил повышение или новую инструкцию. Это может быть ключом. И продолжаем следить за Варгасами. Их затишье меня настораживает больше, чем их активность.
В этот самый момент экран моего телефна мягко загорелся, и раздалась короткая, почти неслышная вибрация.
Сердце пропустило удар, а потом заколотилось с бешеной скоростью. Все происходящее в комнате мгновенно потеряло всякое значение. Я схватил телефон, стараясь, чтобы мои движения не выглядели слишком порывистыми.
На экране горело ее имя. Кассандра.
Я открыл сообщение.
«Я буду.»
Всего два слова. Но они сбросили с моих плеч груз, который я тащил все эти четыре дня. Она придет. Она не передумала.
Я почувствовал, как кто-то пинает меня по ноге под столом. Я поднял глаза и встретил взгляд Риккардо. Он сидел напротив, и его каменное лицо было невозмутимым, но в глазах я прочел немой вопрос: «Собрался?» Он видел мое отвлечение и теперь напоминал, что от меня ждут ответа.
Я откашлялся, снова собравшись, и положил телефон экраном вниз.
— Как я сказал, — мой голос снова обрел привычную твердость, хотя внутри все еще пело от ее сообщения. — Действуем через обходные каналы. Лео, возьми это на себя. Джованни, займись проверкой таможенников. Докладывайте мне о результатах. На сегодня все.
Я поднялся, давая понять, что совещание окончено. Люди начали неспешно расходиться, перешептываясь. Я видел, как они бросают на меня косые взгляды. Они заметили. Заметили мое отсутствующее состояние в начале и странную, внезапную собранность и...было ли это облегчение на моем лице? Они не привыкли видеть меня хоть сколько-то эмоциональным.
Пока они выходили, я услышал обрывки фраз:
— ...у босса сегодня лицо посветлело...
— ...интересно, хорошие новости с фронта?..
— ...а может, баба какая... — этот шепот был тут же прерван шиканьем.
Только Риккардо, остававшийся на своем месте, знал правду. Когда комната опустела, он подошел ко мне.
— Ну что, все в порядке? — спросил он без предисловий.