Я прислонилась к холодному стеклу двери и смотрела, как дождь заливает улицы. Город был пустынным и негостеприимным. Я чувствовала себя невероятно уставшей и одинокой. И в этот момент из глубины парковки выплыл черный, бесшумный автомобиль. Он медленно подъехал к подъезду, и тонированное стекло пассажирской двери опустилось.
За рулем сидел он.
– Кажется, вы остались без транспорта, – произнес Доменико. Его голос был спокоен, но в нем слышались отзвуки дождя и ночи. – Могу предложить подвезти. В такую погоду трудно поймать машину.
Я замерла, смотря на него. Он был один. Его пиджак был снят, галстук ослаблен. Белая рубашка подчеркивала его загар и темные волосы. Руки лежали на руле расслабленно, но уверенно. Он выглядел...поразительно сексуально. И опасно.
Все во мне кричало, чтобы я отказалась, убежала, вызвала отца. Но я была слишком измотана. Слишком одинока. И слишком очарована.
– Спасибо, – услышала я свой голос. – Я живу на Пятой авеню, дом...
– Я знаю, где вы живете, мисс Коста, – мягко прервал он меня, и в его голосе не было угрозы, лишь констатация факта.
Я села в машину, и мир снаружи мгновенно стал тихим и безопасным. Пахло кожей, дорогим деревом и его парфюмом – сандалом и чем-то неуловимо мужским. Дверь бесшумно закрылась, и он тронул с места. Машина была мощной и послушной, она плыла по мокрым улицам, как призрак.
Мы ехали молча. Я смотрела на его руки на руле – сильные, с четкими сухожилиями, его рукава рубашки были забраны чуть выше локтя из-за чего была видна та самая татуировкя, которую я целовала. Он вел машину легко, почти небрежно, одной рукой, и от этой уверенности, от его полного контроля над ситуацией у меня перехватывало дыхание.
– Прекрасная свадьба, – наконец нарушил он тишину. Его голос был низким и расслабленным. – Вы прекрасно справились с кризисом.
– С вашей помощью, – напомнила я.
– Просто удачное стечение обстоятельств, – он слегка повернул голову, и его взгляд скользнул по мне. В полумраке салона его глаза казались еще темнее и глубже. – Вы всегда хотели этим заниматься? Создавать праздники для других?
В его тоне не было насмешки. Был искренний интерес.
– Да, – ответила я, удивленная самим собой за то, что говорю с ним об этом. – Мне нравится создавать что-то красивое. Идеальное. Даже если это всего лишь на одну ночь.
Он кивнул, смотря на дорогу.
– Понимаю. Контроль над хаосом. Создание своего собственного, упорядоченного мира. Это достойное стремление.
Его слова поразили меня. Он понял. Он, чья жизнь, казалось, была сплошным хаосом и насилием, понял мое самое сокровенное желание.
– А вы? – спросила я, рискуя перейти некую невидимую грань. – Инвестиции... то ваш способ контролировать хаос?
Он усмехнулся, коротко и беззвучно.
– Что-то вроде того. Цифры предсказуемы. Они подчиняются логике. В отличие от людей.
Он посмотрел на меня снова, и в его взгляде было что-то тяжелое, усталое.
– Люди склонны разочаровывать.
Мы снова замолчали. Машина бесшумно катила по почти пустынным улицам. Дождь барабанил по крыше, создавая иллюзию уединенности, как будто мы были в своем собственном, отдельном мире, за стеклом, где не было вражды, а было только два незнакомца, говорящих о жизни.
– Та ночь... – начала я, сама не зная, зачем.
– Да? – он не отводил взгляд от дороги, но я почувствовала, как напряжение в салоне возросло.
– Ничего, – я отвела взгляд в окно. – Забыла.
Он ничего не ответил. Но я видела, как его пальцы слегка сжали руль.
Вскоре мы подъехали к моему дому. Он остановил машину осторожно тормозя.
– Спасибо, – сказала я, кладя руку на дверную ручку. – За...за все.
– Всегда к вашим услугам, мисс Коста, – он повернулся ко мне, и его лицо было серьезным. – Спокойной ночи. И...будьте осторожны.
Его слова звучали как прощание, но в его глазах было что-то еще. Предупреждение? Забота? Я не могла разобрать.
Я вышла из машины и, не оглядываясь, почти побежала к подъезду. Я чувствовала его взгляд на своей спине, пока не скрылась за дверью.
Дом был тихим и пустым. Я прошла в свою комнату, не включая света, и подошла к окну. Его машина все еще стояла внизу, черная и безмолвная. Он ждал. Ждал, пока я войду внутрь. Ждал, чтобы убедиться, что я в безопасности?
И только тогда он тихо тронулся с места и растворился в ночи и дожде.
Я стояла у окна, чувствуя, как по моим щекам катятся слезы. Я ненавидела его. Я боялась его. Но в тот момент, глядя на его удаляющиеся задние фонари, я чувствовала себя более защищенной, чем за все годы жизни в этом доме за бронированными стеклами и с армией телохранителей.