Ледяная игла страха кольнула меня в сердце. Вся моя эйфория мгновенно испарилась.
– Что? Что значит «не вернулся»?
– Он не вышел на связь, – холодно сказал отец, отодвинув чашку с кофе. – Мы звонили ему всю ночь. Его телефон выключен. Его нет ни в одной из наших больниц и в моргах. Он просто исчез. И ты говоришь, что была у подруги?
Они смотрели на меня. Два самых главных мужчины в моей жизни. Их любовь была безграничной, но их мир был жестоким. И сейчас их взгляды были полны не гнева, а страха. За меня.
Мое легкомыслие показалось мне сейчас ужасным предательством.
– Я... я сказала ему, что мне не нужна охрана. Что я поеду с Хлоей. Он, наверное...ушел? – это прозвучало жалко и неправдоподобно даже для моих ушей.
– Риккардо Сантини никогда не «уходит», не доложившись, – отец встал, и его тень накрыла меня. – Кассандра. Вчера вечером были...проблемы. Серьезные. Мы уехали не просто так. Кто-то вышел на нас. И сейчас мой лучший солдат пропал, а ты возвращаешься домой одна, в помятом платье, в семь утра, и говоришь мне сказки про подругу. – Он сделал паузу, и его голос смягчился, стал почти отеческим, от чего стало еще хуже. – Дочка, я не осуждаю тебя. Если ты встретила кого-то...это даже хорошо. Но сейчас не время для секретов. Ты должна говорить мне правду. Где ты была на самом деле?
Мое горло сжалось. Я видела искреннюю тревогу в их глазах. Они боялись за меня. А я стояла перед ними и лгала. Лгала, потому что не могла рассказать правду о ночи, которая была самым ярким моментом в моей жизни за последние годы.
– Я была с мужчиной, – выдохнула я, опуская глаза. Это была полуправда, самая безопасная из возможных. – Мы встретились на свадьбе. Он был мил. Я...я не хотела говорить, потому что знала, как вы отреагируете. Я взрослая женщина, папа. Иногда мне хочется быть просто женщиной, а не дочерью Ренато Коста.
Наступила тишина. Лука перевел взгляд на отца. Отец тяжело вздохнул.
– Его имя?
– Я не знаю, – это, по крайней мере, была чистая правда, почти. – Это была просто...одна ночь.
Отец покачал головой, разочарованный, но, кажется, поверивший. По крайней мере, в эту часть истории.
– Рик пропал, Кассандра. И твое беспечное поведение могло стоить тебе жизни. Если бы с тобой что-то случилось... – он не договорил, но в его глазах мелькнула такая боль, что мне стало дурно.
– Прости, – прошептала я, и в этот момент я говорила искренне. Я была виновата. Виновата в том, что заставила их волноваться. Виновата в том, что солгала.
– Иди прими душ, – приказал отец, его голос снова стал жестким, деловым. – Лука, организуй усиленную охрану для нее. И узнай все, что можно, о вчерашнем вечере. О каждом госте. Я хочу знать, кто этот человек.
Я не стала ничего говорить. Я просто повернулась и побрела к себе в комнату, чувствуя их взгляды у себя на спине. Я заперла дверь, прислонилась к ней и закрыла глаза. Перед ними стояла картина: я, дрожащая, в чужой постели, а он...он просыпался один. И находил на своей простыне маленькую серебряную сову. Мою сережку.
Мысль об этом заставляла мое сердство биться чаще – не только от страха, но и от какой-то безумной надежды. Может, он попытается меня найти? Но как? Он не знал моего имени. Для него я была Стелла из Бостона.
Дрожащими пальцами я достала телефон. Мне нужно было услышать голос, не отравленный ложью и мафиозными интригами. Голос нормальности. Мне нужно было рассказать кому-то о той невероятной ночи. О нем.
Хлоя ответила на втором гудке, голос ее был хриплым от сна.
– Привет, звезда...Ты в курсе, что сейчас, черт возьми, семь утра?
– Хлоя, – мой голос предательски дрогнул, но теперь уже не от страха, а от переизбытка чувств. – Мне нужно тебя видеть. Срочно. В нашем месте. Через час.
На другом конце провода воцарилась мгновенная тишина, потом послышался звук, будто она села на кровати.
– Касс? С тобой все в порядке? Ты плачешь?
– Нет. Да. Не знаю. Просто будь там, хорошо? Мне есть что рассказать.
– Конечно, детка. Я уже выезжаю. Закажу нам двойной латте.
Я положила телефон и посмотрела на свое отражение в зеркале. Измученное, но сияющее лицо, размазанная тушь, пустые мочки ушей. И где-то там, в роскошном номере отеля «Плаза», лежала часть меня. Маленькая, хрупкая, беззащитная. И, возможно, самая главная зацепка для того, чтобы эта сказка никогда не заканчивалась.
Латте, сплетни и тени прошлого, Часть 5
«Merger» был нашим местом с десятого класса. Маленькое кафе в Сохо с бархатными диванчиками, дурацкими картинами на стенах и бариста, который помнил наш обычный заказ еще с тех времен, когда мы приходили сюда после уроков, чтобы посплетничать о мальчиках. Пахло кофе, корицей и уютом. Здесь я могла дышать.