Эмма посмотрела на показания прибора, отметившего положение двух выбранных ею точек, и мысленно произвела необходимые расчеты. Результат пришелся ей по душе. План должен был сработать.
Теперь, когда ее миссия была завершена, она вернулась через поле прежней дорогой и вскарабкалась на крутую высотку. Ее машина по-прежнему стояла там, где Эмма ее оставила: в роще карликовых дубов, скрытая от постороннего взгляда раскидистыми ветвями. Она раздвинула их, бросила сумку в оборудованный в багажнике тайник и уселась за руль. Через пару мгновений она уже неслась по шоссе в сторону Парижа. Вся рекогносцировка заняла сорок пять минут.
Проникновение внутрь затруднений не вызывало.
43
Генеральным директором МИ-5 был сэр Энтони Аллам, кадровый офицер британских спецслужб. Он закончил университет Лидса и сразу после выпуска подался в контрразведку. В свое время ему довелось поработать на всех наиболее важных направлениях: и в Северной Ирландии, и на раскрытии особо тяжких преступлений, и в секторе противодействия экстремизму, но в последнее время он вплотную занялся борьбой с терроризмом. Это был худощавый, непривлекательный человек с аккуратно подстриженными седыми волосами, с хорошими манерами, но в дурно сидящем костюме. Словом, один из тех «кротких», которые, согласно Евангелию, должны наследовать землю, хотя, если посмотреть на него со стороны, в подобный исход не слишком-то верилось.
Но внешность обманчива. Аллам не дослужился бы до должности директора МИ-5, не имей он острого ума и того, что его мать-валлийка называла «кураж». За хитрыми голубыми глазками и уважительной улыбкой скрывался вулканический темперамент. В Темз-хаусе поговаривали, что когда сэр Тони разозлится, то его слышно аж в африканском Тимбукту.
— Так вы хотите сказать, целью преступников был вовсе не Игорь Иванов? — проговорил сэр Тони, впиваясь взглядом в Чарльза Грейвза.
— Взрыв бомбы представлял собой обманный маневр. Его устроили, чтобы мы произвели эвакуацию здания министерства. Это дало возможность украсть ноутбуки, которые привезли с собой представители МАГАТЭ.
— Вы в этом уверены?
Грейвз переглянулся с Кейт, и они вместе кивнули.
— Уверены, — подтвердила Кейт.
— Интересно. Действительно, весьма интересно. — Аллам откинулся в кресле. — Но если вы хотите, чтобы я отправился с этим к премьер-министру, то потребуются более веские доказательства. Он, понимаете, вбил себе в голову, что это дело рук чеченцев или каких-то сторонников демократических преобразований в России. И кстати, эта мысль ему очень нравится. Считает, это в какой-то мере освобождает его от ответственности.
— Доказательства у нас есть, — возразила Кейт. — Вы позволите? — Она взяла в руки пульт и нажала на кнопку, включившую DVD-плеер.
Грейвз пояснил:
— Эта запись сделана в здании министерства, в доме номер один по Виктория-стрит. Третий этаж, коридор номер семь, восточная сторона. Камера показывает холл непосредственно перед входом в конференц-зал, где гости из МАГАТЭ встречались с нашими ребятами из службы охраны ядерных объектов.
— Снято хоть в фокусе? — спросил Аллам, надевая очки. — Эти объективы у них сплошь да рядом показывают все в каком-то тумане.
— Тут полный порядок, — ответил Грейвз. — Мы сейчас увидим женщину, входящую в конференц-зал в 11.18 и выходящую оттуда в 11.20.
— Две минуты. Шустрая, — отметил Аллам.
— Да, сэр, — согласилась Кейт. — Ведь она знала, что ищет.
На экране появился коридор, какие можно увидеть в любом правительственном административном здании: покрытый линолеумом пол, на стене доска объявлений. Изображение было цветным, и хотя довольно зернистым, но в фокусе, как и обещал Грейвз. В правом верхнем углу постоянно индицировалось время съемки. В 11.15 камера сильно покачнулась.
— Это взрыв, — пояснил Грейвз.
Спустя несколько секунд из кабинетов к выходу начали выбегать первые служащие. Тоненький ручеек быстро превратился в бурлящий людской поток, так что в 11.18 в коридоре уже никого не осталось.
— Вот сейчас. Смотрите на нижнюю часть экрана, и вы ее увидите.
В 11.18.45 внизу экрана, в левом углу, появилась человеческая фигура, двигавшаяся в направлении, обратном тому, в котором только что эвакуировались работники министерства. Она сразу же устремилась к конференц-залу с табличкой «3F». Женщина двигалась быстро, нырнув под камеру, чтобы та не запечатлела ее лица. Зато все остальное можно было разглядеть очень хорошо. Джинсы. Черная футболка. И, конечно, волосы.