Через три минуты к парапету выскочил один из полицейских.
— Внутри никого нет, — крикнул он по-французски.
— Что он сказал? — спросила Кейт, переводя взгляд с одного на другого. — Я не понимаю.
— Там никого нет, — перевел комиссар. — Merde![15] Хоть это слово вы понимаете?
Кейт отвернулась, до белизны прикусив губу. Она давно поняла, что Рэнсом — человек находчивый. В Лондоне он проскочил у Грейвза прямо между пальцев, потом сумел удрать из Англии и разъезжать по всей Европе, несмотря на объявленный международный розыск. Но это уже переходило все границы. Он что, привидение?
— Внимание! Кто-то едет! — закричал один из полицейских.
В пятидесяти метрах ниже по склону, позади припаркованных полицейских автомобилей, виднелись распахнутые ворота не замеченного прежде гаража. Кейт повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как белый «пежо» выскакивает на дорогу и, резко повернув, несется под уклон. У нее было лишь одно мгновение, чтобы взглянуть на водителя. Черные, коротко подстриженные волосы, загорелое лицо, темная футболка. На какую-то долю секунды он посмотрел на нее в упор.
Рэнсом.
Кейт добежала до ближайшей машины и прыгнула на переднее сиденье. Ключ зажигания оказался на месте, мотор завелся сразу. Мартен, капрал с нежным пушком на щеках, успел сесть рядом.
— Вы умеете водить? — спросил он.
Да, она умеет водить. И два года в «Суини» тому яркое подтверждение.
— Сейчас проверим. Согласны?
На повороте она отпустила сцепление и заложила крутой вираж. Автомобиль был «рено»-седан со стандартным V-образным шестицилиндровым двигателем. Около двухсот пятидесяти лошадей. Если гнать на пределе, у нее был шанс. Рэнсом опережал ее на пятьсот метров, и разрыв увеличивался. Однако, прежде чем преследуемый скрылся за поворотом, она заметила, как вспыхнули его тормозные огни.
— Вы знаете здешние дороги? — спросила Кейт.
— Я вырос в Болье-сюр-Мер.
— Это где?
Как раз в это время они вошли в поворот. Кейт ехала чересчур быстро. Заднее колесо соскочило с асфальта на узкую, как лента, обочину. Ограждающих отбойников проезжей части здесь не наблюдалось. Еще несколько сантиметров, и они точно свалились бы с высоты двухсот метров на прибрежную дорогу.
— Там, внизу, — ответил Мартен, тыча пальцем в окно, и она подумала, а всегда ли он был таким бледным.
— Куда он может поехать?
Мартен объяснил, что дорога идет на восток до Монако и что пересечений с другими дорогами впереди очень мало. Если Рэнсом все-таки свернет на одну из них, то уже через километр упрется в тупик. Если же он останется на главной дороге — при условии, что таковой можно назвать узкую полоску асфальта, на которой едва разъехались бы два «жука»-«фольксвагена», — он доберется до развилки, где сможет выбирать между автострадой, ведущей в горную, почти безлюдную местность, и главным шоссе, ведущим в Монте-Карло.
— И как далеко до этого перекрестка? — спросила Кейт.
— Восемь километров.
В зеркале заднего вида она заметила огни и оглянулась. За ней следовал целый кортеж полицейских автомобилей с включенными вращающимися мигалками. Два мотоциклиста оторвались от остальных и выскочили на встречную полосу, пытаясь обогнать Кейт.
— Нет уж, дудки, — пробормотала она себе под нос, вильнув автомобилем влево и высунутой в окно рукой сигналя не в меру рьяным полицейским, чтобы те держались сзади. — Позвоните-ка тем, кто впереди нас. И скажите, пусть перекроют дорогу.
— Слишком поздно.
— Что вы хотите сказать?
— Развилка находится на территории княжества Монако. Придется договариваться с тамошним капитаном полиции. Это займет не менее часа.
— Ну так пошлите туда вертолет. Пусть сядет и перегородит поворот на север. Нельзя позволить Рэнсому добраться до автострады.
Мартен передал по рации ее просьбу начальству.
— Сделано, путь перекрыт.
Джонатан Рэнсом по-прежнему опережал их на полкилометра. Дорога пошла ровнее, и, хотя продолжала петлять, словно горнолыжная трасса, огибая все выступы скал, Кейт, по крайней мере, видела, куда ведет машину. Отныне преимущество было за ней. Она вжала педаль газа в пол. Стрелка спидометра поползла к отметке сто сорок километров в час. Расстояние между машинами стало сокращаться.
Рэнсом ударил по тормозам и стремительно прошел поворот, после чего на какое-то время исчез из виду. Капрал уперся руками в инструментальную панель.