Когда последний гость покинул дом, в довольно поздний час, Мередит вместе с тетушками помахала на прощание у двери.
К счастью, Бет Августин, по всей видимости, не донесла собранию, что обнаружила Мередит и Александра обнимающимися на заднем дворе. По крайней мере, тетушкам хватило милосердия удержаться от нравоучений.
– Что ж, я отправляюсь искать свою подушку, – сообщила тетушка Виола, начав подниматься по лестнице.
– Подушка, вот еще! Я хочу в свою постель. Мои ноги весь месяц ужасно меня беспокоят. – Тетушка Летиция начала подниматься по ступенькам вслед за сестрой, но остановилась и оглянулась на Мередит. – Мы обсудим твой… прогресс с лордом Лэнсингом утром, хорошо?
Мередит посмотрела на своих тетушек снизу вверх и улыбнулась.
– Да, тетушки. Доброй ночи!
И какого же прогресса она достигла? Чем больше она испытывала и изучала распутника, тем больше, казалось, он получал над ней власти. И уж точно она не могла размышлять так же ясно, как в обычном своем состоянии. В конце концов, не далее чем час назад он превратил ее в желе двумя невероятными поцелуями.
Ах! Она должна перестать думать об этих поцелуях. Ей нужно отвлечься. Лучше всего – пересмотреть свои заметки. Мередит медленно подошла к столику в прихожей и потянулась за своей книгой, которую спрятала за вазой с весенними цветами. В конце концов, она, как и студент, изучающий любую науку, знала, как важны для правильной интерпретации результатов тщательность и непредвзятость, и надеялась добиться этого.
Пальцы Мередит скользнули по полированному столу, но ничего не нащупали.
Подхватив тяжелую вазу, она ощутила, как руки начинают мелко дрожать. К своему ужасу, Мередит не увидела на полированной поверхности столика ничего, кроме собственного испуганного отражения, смутного и дрожащего. Поставив вазу на место, она рухнула на колени и принялась шарить в тени под столом.
Ее там не было.
Книги, в которую она последние два года записывала все свои заметки, все свои эксперименты – все ее исследования повес Лондона, – не было!
Императив четырнадцатый
Пусть вас не обманывают его безупречные накрахмаленные воротнички и перчатки. Мужчина, желающий танцевать с леди, на самом деле хочет соблазнить ее.
К восьми часам следующего утра Артур Чиллтон услышал весьма тревожные новости о мисс Мередит Мерриуэзер. Она нашла ему замену.
Он стоял за прилавком в «Фортнам и Мэсон», собираясь заплатить за мешок кофе. Покупку, которую он не хотел совершать.
Последние недели Артур заваривал каждую горсть зерен не менее шести раз, но этим утром в его чашке плескалось нечто и вовсе похожее на помои, совершенно лишенные нужного цвета и запаха. Пришла пора пополнить запасы.
Он пытался определиться с выбором между черными гладкими зернами, которые давали потрясающий аромат – а потому их можно было использовать дольше, – и зернами орехового цвета, которые могли продержаться не так долго, зато стоили на двадцать пенсов дешевле.
И в тот момент, когда он пришел к выводу, что выберет зерна орехового цвета, решив, что может пить более слабый кофе, потому что… Ну, в конце концов, двадцать пенсов это двадцать пенсов… Именно в этот момент в заведение вошла женщина с вьющимися волосами и в ярко-зеленой шляпе, украшенной перьями.
Разговор, немедленно привлекший его внимание, состоялся в тот миг, когда он передавал монету владельцу магазина.
– А я говорю вам, что миссис Августин была на музыкальном вечере у Фезертон. И она мне все рассказала. Она видела это собственными глазами, – рассказывала женщина в легкомысленной шляпке своей подруге, полноватой леди лет на десять старше ее. – Мисс Мерриуэзер, эта разбитная девчонка, каким-то образом – о, я не знаю как, и не спрашивайте, – сумела очаровать лорда Лэнсинга.
– Что? Это не может быть правдой. И двух лет не прошло, как ее репутация была практически уничтожена. – Пожилая женщина была явно удивлена или, по крайней мере, прекрасно это изображала. – Уж наверняка наследник графства мог найти себе пару получше. Он ведь представитель одного из самых старинных родов королевства.
– Как бы там ни было, у нее получилось. Ходят слухи, что она собиралась выйти замуж за какого-то торговца, но он отверг ее. Это был не первый раз, когда ее бросили, и, полагаю, она надеялась, что последний. Однако миссис Августин видела, как лорд и мисс Мерриуэзер обнимались на заднем дворе Фезертонов – во время музыкального вечера ее тетушек.