Выбрать главу

Он ждал, шагая от одного окна к другому и посматривая на улицу. Восемь минут, десять минут. Напряжение росло, пульс учащался, поднималось давление. Ну где она? Она была ему нужна.

Наконец он увидел, как ока переходит улицу. Ее полосы подрагивали на ходу в свете ночных фонарей. Она была одна и несла из магазина пакет. Женщина скрылась из виду внизу, он подошел к столбу посередине комнаты и прислонился к нему.

На Бешеном были джинсы, черная футболка, резиновые хирургические перчатки и синяя шелковая лыжная маска. Когда она будет привязана к кровати, а он разденется, женщина увидит, что напавший на нее человек выбрит. У него были сбриты все лобковые волосы. Не потому, что он был со странностями, хотя это вызывало ощущения... необычные. Но Бешеному приходилось видеть дело, в котором эксперты обнаружили несколько лобковых волосков на кровати женщины и сравнили их с образцами, взятыми у подозреваемого. Образцы были взяты по ордеру на обыск. Вот так-то.

Его зазнобило. Прохладно. Жаль, что не надел куртку. Когда он уходил из дому, было двадцать четыре градуса. Должно быть, после наступления темноты температура упала градусов на десять. Проклятая Миннесота.

Бешеный не был ни крупным, ни спортивным. Когда-то в юности он считал себя тощим, хотя отец называл его хрупким. Теперь он вынужден был согласиться с зеркалом: он стал рыхлым. В нем было сто семьдесят пять сантиметров роста, вьющиеся рыжие волосы, наметившийся второй подбородок, округлившийся животик... губы, как красные червяки...

Лифт был старый и предназначался для перевозки грузов. Он проскрипел что-то раз, другой и поехал вверх. Бешеный проверил, все ли на месте. «Котекс», который он использовал вместо кляпа, был засунут в правый задний карман брюк. Лента, для того чтобы завязать кляп, в левом кармане. Пистолет он засунул за ремень под рубашку. Это был маленький, но довольно устрашающий «смит-вессон» пятнадцатой модели. Он купил его у находившегося при смерти человека, который вскоре и умер. Когда тот согласился продать пистолет, то он рассказал, что его жена хотела, чтобы у него был пистолет для самообороны, и он просил никому не рассказывать, что он продал его. Это должно было остаться между ними.

Лучше и не придумаешь. Никто не знал, что у него есть пистолет. И если ему когда-нибудь придется им воспользоваться, то следы никуда не приведут или приведут к покойнику.

Он вынул пистолет и держал его, прижав к боку, вспоминая последовательность: схватить, сунуть пистолет в лицо, заставить лечь на пол, ударить пистолетом, запрокинуть голову, запихнуть кляп в рот, завязать, дотащить до кровати, привязать руки и ноги к спинкам кровати.

Потом передохнуть и браться за нож.

Лифт остановился, двери раскрылись. В животе у Бешеного все сжалось. Знакомое чувство. Даже приятное. Шаги. Звук поворачиваемого ключа. Сердце застучало. Открылась входная дверь. Зажегся спет. Дверь закрыли. Он крепко сжал пистолет. Вошла женщина.

* * *

Бешеный выскочил из своего укрытия.

Мгновенно увидел, что она одна.

Схватил ее сзади и сунул пистолет в лицо.

Пакет с покупками лопнул, и по деревянному полу покатились бело-красные банки супа, бежево-красные упаковки курицы, под ногами захрустела лапша.

— Только закричи, — прохрипел он, — и я тебя убью.

Неожиданно женщина обмякла, и Бешеный непроизвольно тоже ослабил хватку. В следующее мгновение ее каблук вонзился ему в подъем ноги. Боль была адской, он почти что вскрикнул, а она тем временем, не обращая никакого внимания на пистолет, вывернулась из его рук.

— А-а-а-й! — то ли вскрикнула, то ли всхлипнула она.

Время как будто остановилось для них, секунды растянулись в минуты. Бешеный видел, как поднималась ее рука, и решил, что у нее пистолет, и в то же время чувствовал, как его собственная рука с пистолетом уходит от нее куда-то в сторону, совсем не туда, куда надо, и подумал: «Нет». В следующий застывший отрезок времени он понял, что у нее в руке не пистолет, а тонкий серебристый цилиндр.

Она брызнула ему в лицо из газового баллончика и резко рванулась вперед. Бешеный хрипло вскрикнул и ударил ее пистолетом, от чего тот выскочил у него из руки. Он взмахнул другой рукой и, скорее случайно, чем намеренно, нанес ей удар в челюсть. Она упала и покатилась.

Бешеный наполовину ослепленный, прижимая руки к лицу, искал пистолет. Легкие его работали плохо — у него была астма, а газ просачивался через лыжную маску. Женщина уже снова схватила газовый баллончик и визжала:

— Идиот! Идиот!

Он хотел ударить ее, но промахнулся, а она снова брызнула в него из баллончика. Он все же дотянулся до нее, она споткнулась и упала, но баллончик не выпустила. Бешеный же никак не мог отыскать пистолет и снова ударил ее ногой. Ему опять повезло — он попал ей по руке, в которой она сжимала свое оружие. Серебристый цилиндрик отлетел в сторону. Кровь капала со лба в том месте, где кожа была содрана от удара пистолетом. Кровь текла по лицу и заливала ей глаза и рот. Она была видна даже на зубах, когда женщина кричала:

— Идиот! Идиот!

Прежде чем Бешеный снова смог на нее навалиться, она схватила блестящую металлическую трубу и замахнулась на него, как в игре в софтбол. Он парировал удар и отступил, все еще пытаясь отыскать свой пистолет, но тот куда-то запропастился, а женщина все наступала, и он принял решение, которое было заранее предусмотрено.