Это был приказ, но звучал он как приглашение. Я послушно поднялась. Душ я принимала быстро, предвкушение скручивало живот в тугой узел. Я надела одно из новых ночных бельев — простой шелковый пеньюар песочного цвета, скользящий по телу. И стала ждать в своей комнате.
Ровно через полчаса дверь в его спальню открылась. Он стоял на пороге, в темных спортивных штанах и без рубашки. Его торс, мощный, с рельефом мышц, был освещен мягким светом моей прикроватной лампы. Он был… невероятен.
— Подойди сюда, — сказал он.
Я подошла. Он взял меня за руку, повел не к кровати, а к большому, мягкому ковру посреди комнаты.
—Ложись.
Я легла на спину. Он опустился на колени рядом, его руки легли на мои бедра.
—Сегодняшний урок — благодарность, — произнес он тихо. — Я подарил тебе безопасность, дом, заботу. Показал тебе, что может быть с тобой, если ты принадлежишь сильному мужчине. Теперь покажи мне свою благодарность. Не словами. Телом.
Он лег рядом, на бок, оперся на локоть, смотря на меня.
—Ласкай себя. Покажи мне, как ты это делаешь, когда думаешь обо мне.
Это было самым сокрушительным, самым унизительным и самым возбуждающим приказом из всех. Я замерла, глотая ком в горле.
—Я… я не могу…
—Можешь, — он перебил мягко, но твердо. — Для меня можешь все. Или ты не благодарна?
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от его испепеляющего взгляда, но это было невозможно. Дрожащей рукой я скользнула под шелк, коснулась себя там. Кожа была горячей, влажной уже от одного только его приказа. Я провела пальцем, застонала.
— Открой глаза, — приказал он. — Смотри на меня.
Я открыла. Он смотрел, не мигая, его глаза были прикованы к моей руке, скрытой тканью. Его собственное дыхание стало глубже.
—Хорошо. Продолжай.
Я продолжала, сначала неуверенно, потом все смелее, увлекаясь, забывая о стыде, погружаясь в ощущения, усиленные его взглядом. Он был режиссером, а я — актрисой, исполняющей самую интимную сцену. Я искала свой ритм, находила нужные точки, закидывала голову, стон за стоном вырывался из губ.
— Близко? — спросил он хрипло.
—Да… — выдохнула я.
Он молниеносным движением отстранил мою руку и заменил ее своей. Его пальцы были точными, безжалостными, знающими. Он довел меня до оргазма за три секунды, и я взорвалась, крича, дергаясь под ним, чувствуя, как его другая рука зажимает мне рот, приглушая звуки.
Когда спазмы отступили, он не дал мне опомниться. Он снял с меня шелк, раздвинул мои ноги и опустил голову между них. Его язык был казнью и наградой. Он заставил меня кончить еще раз, быстро, жестко, почти болезненно, а потом вошел в меня сам, стоя на коленях, держа мои ноги на своих плечах. Это была поза полного подчинения, полной открытости. Он смотрел в мои глаза, и каждый его толчок был вопросом и ответом одновременно.
— Чья? — рычал он, ускоряясь.
—Твоя! — кричала я в ответ, и это было единственной правдой в мире.
Он кончил со стоном, глубоко, заполняя меня, и рухнул на меня, прижав к ковру всем весом. Мы лежали так, наши сердца бились в унисон.
— Завтра, — прошептал он наконец в мои волосы, — мы начнем уроки другого рода. Ты научишься быть не только моей любовницей, но и хозяйкой. Моей спутницей. Начнем с малого. Ты приготовишь мне завтрак.
Он поднялся, взял меня на руки — уже как привык — и отнес в его спальню, в нашу постель. И перед тем как я уснула, убаюканная стуком его сердца, я подумала, что быть его проектом, его ученицей, его собственностью — возможно, самая сложная и самая важная работа в моей жизни. И я готова была учиться. Ради этих взглядов. Ради этих прикосновений. Ради этого чувства — ужасного и прекрасного — принадлежать ему целиком.
Глава 5. Порочный круг
Утро началось не с его рук на моем теле, а со звука будильника на его смартфоне — резкого, безличного. Он встал первым, его движения были деловыми, собранными. Я лежала, наблюдая, как сквозь шторы пробивается серый свет предрассвета, очерчивая его мощный силуэт, пока он натягивал спортивные шорты.
— Вставай, — бросил он через плечо, не глядя. — Тридцать минут на душ и одежду. Встречаемся в спортзале.
И он вышел, оставив меня в одиночестве в постели, которая еще хранила тепло наших тел. Первое утро, которое началось не с секса, а с приказа. Что-то внутри сжалось — от разочарования или от страха, что вчерашняя близость была лишь иллюзией.
Я послушно выполнила его указания. В гардеробной выбрала простые черные леггинсы и спортивный топ. В зеркале отразилась чужая — подтянутая, с тайным огнем в глазах, но все еще неуверенная.
Спортзал находился на нижнем уровне, за стеклянной стеной, выходящей в небольшой зимний сад. Руслан уже был там. Он бежал по беговой дорожке с такой ровной, мощной легкостью, будто был создан для движения. На нем были только шорты. Мускулы спины и плеч играли под кожей, покрытой легкой испариной. Он был концентрацией чистой, нерастраченной силы.