Монти поддразнивающе смеется, и вы можете видеть, насколько он привил своей дочери дух соперничества и трудовую этику.
— Эти последние два звонка были ужасными, папа.
Исайя держит руку Макс в своей. — Миллер! У тебя чертовски сильная рука, Горячая няня.
Бросаясь к ней, я перекидываю ее тело через плечо, как мешок с песком. Я устремляюсь к первой базе, пробегая базы так, словно только что выиграл турнир большого шлема, одна рука прижата к задней поверхности ее бедра, другая поднята в кулак.
— Поставь меня на место, Роудс. Ты ни разу за всю свою карьеру не руководил базами. Перестань вести себя так, будто ты знаешь, что делаешь.
Я не могу удержаться от смеха. Соревновательный Миллер — дерзкая штучка.
— Прогуляемся? — язвлю я. — Немного неловко, Миллс.
— Я тебя ненавижу. У тебя был допинг в кармане!
Посмеиваясь, я продолжаю свой путь к домашней площадке. — Боже, я так люблю побеждать.
— Отпусти меня! — Миллер шлепает меня по заднице. — Господи. Я и забыла, какая у тебя твердая задница.
— Как, черт возьми, ты могла забыть? У меня все еще остались следы твоих ногтей со вчерашнего вечера.
Это, наконец, вызывает у нее искренний смех.
— Отвратительно.
Исайя закрывает оба уха Макса, поворачивая его спиной к остальным членам семьи и друзьям команды. — Да ладно, Макси. Миллер и твой отец раздражающе счастливы. Нам, одиноким мужчинам, не нужно об этом слышать.
Поскольку слишком много людей все еще играют за "хоум плейт", я несу ее на питчерскую площадку, чтобы побыть наедине. На ее лице снова эта чересчур широкая улыбка, гораздо больше от моей Миллер.
Когда она вернется к работе по шесть-семь дней в неделю, по двенадцать часов за смену, я хочу чтобы она помнила об этом. Каково это — быть окруженной людьми, которые любят тебя, которых она любит в ответ. Что жизнь — это намного больше, чем деньги, которые ты зарабатываешь, или статус твоей работы. Речь идет о погоне за своей радостью.
Но затем улыбка Миллер исчезает, когда она падает мне на грудь.
— Я ненавидела все, что касалось вчерашней фотосессии, — наконец признается она. — Я ненавидела снова надевать китель и слышать, как меня называют шеф-поваром. Я должна быть взволнована. Моя карьера на взлете, и я думала, что это будет похоже на мечту. Мою мечту.
Я никогда не знаю, что я должен сказать, когда она так говорит. Я согласен? Не согласен? Я просто хочу, чтобы она была счастлива, и вплоть до той ночи я думал, что ее работа приносит ей радость.
— Если это не было счастье, тогда на что это было похоже?
Она смотрит на меня снизу вверх, ее подбородок упирается мне в грудь. — Кошмар.
Я убираю волосы с ее лица, молча прося продолжать.
— Я была в плохом настроении со вчерашнего дня, потому что не ожидала, что буду чувствовать себя именно так, и это меня злит. Я злюсь, что то, ради чего я так усердно работала, ни в малейшей степени не приносит удовлетворения. Я злюсь, что время работает против нас, и завтра я должна уехать.
Она закрывает лицо руками, качая головой. — Я должна быть взволнована тем, что меня ждет, но я не чувствую этого. И независимо от моих чувств, я должна уехать… Слишком много людей рассчитывают на то, что я вернусь к работе, и как ты видишь, я чертовски расстроена.
Убирая ее руки от лица, я провожу ладонями вверх по ее рукам. — Миллер…
Она опускает глаза в землю.
Какая-то часть меня хочет прислушаться к тому, что она говорит, вселить в меня надежду, но я знаю, что это исчезнет, как только она вернется к своей рутине. Это просто последняя ночь ее отпуска.
И последняя ночь, когда я могу предаться этой фантазии.
— Извини. Я в порядке. Я просто отвлеклась на минутку.
Она делает глубокий вдох, собираясь с духом, когда ее взгляд останавливается на Максе, стоящем вдалеке с моим братом. — Знаешь, иногда я смотрю на него и безумно злюсь на тебя, потому что до меня ты спал с другой женщиной. Какая у тебя была наглость не подумать обо мне тогда, понимаешь?
У меня вырывается смешок, когда Миллер, как обычно, с юмором снимает эмоциональное напряжение, на ее губах снова появляется лукавая улыбка.
Обнимая ее за плечи, я целую ее в макушку. — Ты самая ревнивая женщина, которую я когда-либо встречал. Ты знаешь это?
Ее голова откидывается назад. — Ты встречался с другими женщинами?
— Очаровательна, как всегда, детка.
— Мне жаль, что я сегодня вела себя так.
— Все в порядке, Миллс.
Я быстро накрываю ее рот своим. — Ты же знаешь, я ценю все твои недостатки.
— Ну и черт. Я и не знала, что у меня они есть.