— Давай, Миллс. Давай послушаем.
Самодовольный ублюдок знает, что я не могу говорить. Я даже не могу думать.
— Где все те остроты, которые постоянно вылетают из твоего грязного рта?
Он снова лижет, на этот раз накрывая меня своим ртом, посасывая и ритмично щелкая языком. Съедает меня, как будто это чертово соревнование, и он планирует победить.
Я не отвечаю, потому что не могу. Все, на чем я могу сосредоточиться, — это долгие, теплые прикосновения этого талантливого языка.
Где, черт возьми, он научился этому?
Иррациональная ревность пронзает меня, когда я понимаю, что до меня были другие женщины. У него в буквальном смысле есть ребенок, о котором я забочусь, и я в ярости, потому что у него хватило наглости заняться с кем-то сексом еще до того, как он встретил меня.
Он снова сосет, вращая языком самым безумным образом, и моя ревность сменяется жаром, желанием и небольшим разочарованием из-за того, что ему так легко сделать меня пластилином в своих руках.
— Это все, что мне нужно было сделать, чтобы заставить тебя замолчать? — он продолжает. — Полизать эту хорошенькую киску, чтобы заставить тебя замолчать?
Я просто сжимаю простыни в кулаке и сжимаю бедра в ответ.
— Ммм, — напевает он, заставляя вибрировать все мое нутро. — Да, детка. Задуши меня.
Я не могу контролировать свое тело, поэтому мои бедра начинают жить своей собственной жизнью, двигаясь в тандеме с его языком, добиваясь моего второго оргазма за ночь.
Положив одну руку мне на живот, его язык концентрируется на моем клиторе, в то время как два пальца другой руки погружаются в меня, изгибаясь вперед, и я кончаю.
Я срываюсь с края, мой оргазм накатывает с такой силой, что я содрогаюсь в конвульсиях и опускаюсь на кровать. Каждый мускул напрягается, вплоть до моих согнутых ступней и пальцев ног, которые в данный момент покоятся на его спине.
Кай продолжает шевелить языком, но поднимает взгляд, когда я смотрю вниз, его льдисто-голубые глаза опасно смотрят мне между ног. Он так чертовски хорош там, внизу, что я не могу удержаться, чтобы не прикоснуться к нему, не сжать пальцами его волосы, пока езжу верхом по его лицу, используя каждую секунду, которая у нас есть.
И, наконец, я делаю вдох, на выдохе я опускаюсь на матрас, обмякшая и измученная, хотя я даже ничего не делала.
Он улыбается, касаясь моей кожи. Самодовольный и такой гордый.
— Такая красивая.
Кай нежно целует мой клитор, нежно и трепетно, и у меня снова от него кружится голова. Этот парень — ходячее возбуждение. Самоуверенность в грязных разговорах вернулась к мягкому мужчине, который прожил свою жизнь в одиночестве.
Он встает, оставляя дорожку из поцелуев на внутренней стороне моей ноги, прежде чем отойти от кровати.
Он такой красивый. Такой внимательный.
— Ты заставил меня кончить три раза с той ночи на кухне. Мое дыхание сбивается, когда я пытаюсь успокоиться. — И я ни разу не позаботилася о тебе. Это кажется ужасно несправедливо.
Кай вытаскивает презерватив из заднего кармана брюк. Из того, где на данный момент не лежат мои трусики.
— Ты думаешь, это работает только так? Кто, черт возьми, дарил тебе оргазмы только для того, чтобы ожидать их взамен?
Он качает головой.
— Не отвечай на это. Я передумал. Я не хочу этого знать.
Он спускает штаны, его член натягивает ткань трусов.
— Это так и работает, — объясняю я, не в силах отвести от него глаз.
Он смеется, и это совершенно без юмора.
— Когда я довожу тебя до оргазма, то это только для тебя, хоть я и возбуждаюсь. Тебе следует перестать развлекать парней с другим мышлением.
Он снимает свои боксеры и кидает на пол, и я не могу дышать.
— На самом деле, тебе вообще следует перестать развлекать других мальчиков.
Его толстые, покрытые татуировками бедра напрягаются, идеальная буква V переходит в его член, который стоит гордо, высокий и толстый. Полностью пропорциональный его гигантскому телу.
С кончика вытекает еще больше предварительной спермы, и он проводит по нему большим пальцем, смазывая член, пока гладит себя. Он стоит передо мной без малейшей застенчивости в теле.
Он потрясающий.
Чистая мужественность, подтянутые мышцы, спортивное телосложение с достаточно мягким характером, чтобы с любовью воспитать человека самостоятельно.
Мне кажется, сегодня вечером я вижу старого Кая, и эта версия пугает меня. Уверенность в себе, смешанная с новым Каем — вдумчивым, добрым. Он представляет собой смертельно опасное сочетание, и это распознает не только мое тело, но и мое сердце.