— Едем? — спросил князь, прервав затянувшуюся паузу.
— Едем, — кивнул я и поднялся со стула.
Катя встала вслед за мной. Волконский накинул плащ и шляпу указав нам жестом идти вперёд, справедливо рассудив, что сбегать мы не будем. Юлить и оправдываться больше не имело смысла. В микроавтобус мы сели втроём, он с собой больше никого не взял, значит доверие всё-таки не утрачено.
Всю дорогу до складов мы ехали в напряжённом молчании. Только когда уже приехали на место, князь решил заговорить.
— Я в принципе догадываюсь о мотивах и причинах такого поступка, — немного сдавленным голосом сказал Волконский. — Но я хотел бы услышать это от вас, Александр Петрович. Может Мария и является фонтаном идей, который, я не исключаю, шокировал даже вас, но инициатором наиболее вероятно являетесь именно вы.
— Михаил Игоревич, — начал я и прокашлялся, чтобы прочистить горло. — Я высоко ценю и уважаю ваш высокий интеллект и не вижу большого смысла в признаниях, вы знаете всё и так, без меня.
— И всё-таки, — сказал Волконский, глядя мне в глаза.
— Я не хочу расставаться с сестрой, — прямо сказал я. — Продемонстрировав бессилие вашей службы и наши возможности, я хотел доказать, что сами мы справимся лучше.
— Вы же понятия не имеете, с чем вы собрались справляться, — тихо произнёс князь. — Вы понятия не имеете, что из себя представляет этот дар и насколько он ценен для тех, кто плюёт на закон и империю.
— Это не совсем так, Михаил Игоревич, — взяла на себя слово Катя. — Елена Андреевна немного открыла мне глаза на варианты развития моего будущего. Она дала мне свои записи, которые я внимательно изучаю.
Я заметил, как резко заинтересовался этой темой Волконский, особенно, когда услышал слово «записи». Катя могла бы спокойно влить ему в голову нужную информацию, но она не стала рисковать и применять на должностном лице свои возможности.
— Теперь я знаю, что с этим даром делать и как его развивать, так что сотрудничество со спецслужбами — это не единственно возможный вариант развития и существования. Я могу найти себя и в обычной жизни.
— Вы, наверное, удивитесь и можете мне не поверить, но я об этом знаю, — грустно улыбнулся Волконский. — Просто по вполне понятным причинам, для меня и ведомства в целом было бы выгодно иметь такого сотрудника, как вы, Екатерина Петровна.
— Но вы же мне сказали при встрече, что у меня просто нет выбора! — дрожащим голосом высказала Катя.
— Для благого дела информацию бывает вполне приемлемо немного исказить, — ответил Волконский. — Эта версия правдоподобно объясняла, почему вы все эти годы не видели свою прапрабабушку.
— Мы оба с вами молодцы, — подвёл я итог. — И у обоих цели оправданы, лично для каждого.
Я вошёл внутрь ангара и включил свет. Было заметно, что здесь побывали с обыском, весь скудный скарб был перевёрнут кверху дном. Я открыл шкаф, рамка портала не пострадала, но на месте не было ни одного кристалла. Я обернулся к Волконскому, он держал все нужные кристаллы на вытянутой руке. Поставить их на нужные места не составило труда и перепутать сложно, так как они отличались по размеру и количеству граней.
Теперь оставалось только напитать портал энергией, и я начал делать это первым. Кристалл под моей рукой начал блекло светиться, медленно, но, верно, разгораясь всё ярче. Потом меня сменила Катя, влив большую часть своего запаса энергии. Когда она закончила, я ещё медитировал. Совершенно неожиданно для меня и сестры в пополнении запаса энергии портала решил принять участие и сам Волконский. Под его рукой кристалл разгорался чувствительно быстрее.
На полный заряд портала нам хватило всего два круга. Сиреневые сполохи волновались в ожидании путешественника между мирами. Боюсь даже представить ёмкость ядра Михаила Игоревича, но оно точно в разы больше моего, несмотря на все мои успехи.
— Что дальше? — спросил Волконский.
— Она сказала включить портал и просто ждать, — сказал я. — Она обитает где-то рядом, когда увидит портал, сразу вернётся обратно.
— И как долго ждать? — поинтересовался Волконский, присев на край кровати, на которой когда-то лежало тело, в которое вселился Валерий Палыч.
— Вообще она сказала, что не надо сидеть ждать, — вспомнил я. От волнения у меня эта информация совсем вылетела из головы, хорошо, что вспомнил. — Она просила положить на стол телефон, и она позвонит, когда вернётся.