— Хорошо, Александр Петрович, — откликнулась медсестра. — Флакон меняю и бегу.
Жадно впитывать из окружающего пространства свободно витающие потоки энергии уже вошло в привычку и процесс начался словно сам собой. Погружение в восстановительную медитацию произошло быстро. Угасающее пламя ядра медленно, но верно разгоралось, восстанавливая силу и объём. Чтобы привести себя в норму, мне понадобилось меньше десяти минут, ежедневные занятия пошли на пользу. Жаль не было с собой золотого амулета, это произошло бы намного быстрее. Да он и не дал бы настолько опустошить ядро в процессе процедуры. Возможно я потихоньку и приду к тому, чтобы использовать его в работе. Но, пока я на такой дерзкий шаг пойти не готов.
Открыв глаза, я увидел, как эта двухметровая каланча, Гартман Иосиф Матвеевич, нашёптывает что-то успокаивающее на ушко своей супруге. Корсаков отошёл от стола и стоит у окна, не спуская глаз с пациентки. Третий флакон в капельнице ушёл почти на две трети, капли падали достаточно быстро.
Рядом со мной на столе стояла чашка кофе и на блюдечке красовались два эклера. Это Света позаботилась, чтобы я быстрее пришёл в норму. Я употребил всё меньше, чем за минуту, встал и подошёл к пациентке. Она была в сознании, но казалась ещё бледнее, чем когда пришла.
— Иосиф Матвеевич, — начал я. — Давайте мы лучше до завтра оставим её у себя в отдельной палате. Надо понаблюдать и, скорее всего ещё покапать сегодня ещё пару раз.
— Давайте я сам её дома прокапаю? — предложил он. Привычная картина, все считают, что дома лучше.
— Иосиф Матвеевич, я вынужден настаивать, чтобы Мая Абрамовна осталась здесь. Хотя бы до завтра.
— Тогда можно я останусь вместе с ней? — с надеждой в голосе спросил он.
— Конечно, пожалуйста, можете остаться. Но вообще у нас есть дежурный врач, суровой необходимости оставаться до утра у вас нет.
— Я всё понимаю, — произнёс Гартман и сделал грустное страдальческое лицо. — Я хочу побыть рядом с ней, если вы позволите.
— Да конечно позволю, о чём речь, — улыбнулся я. — Мы можем даже вторую кровать в палате организовать, это не проблема.
— Думаю, кровать не пригодится, — ответил Иосиф Матвеевич. — Стула вполне хватит.
— Ладно, — кивнул я. — Тогда на всякий случай поставим ещё кресло удобное в уголок, на нём хоть прикорнуть можно при желании.
Гартман лишь пожал плечами. А я подошёл к его супруге, привычно положив пальцы на лучевую артерию, чтобы посчитать пульс. Меньше сотни ударов в минуту, неплохо для её состояния. Света позвала санитаров с каталкой, мы немного подождали, когда раствор в третьем флаконе капельницы закончится и отвезли Маю Абрамовну в палату. Хотел сказать в лучшую, но они у нас все отличные. Иосиф Матвеевич, естественно, остался возле неё, а я распорядился, чтобы им сейчас же организовали чай и не забыли про обед, полдник и ужин на двоих. Не обеднеем.
Вернувшись в кабинет, сразу позвал заждавшихся сестёр. За ними уже начала собираться очередь, но, это тот самый случай, когда не надо торопиться. Кому надо — подождут.
— Как ваши дела, Клавдия Сергеевна? — спросил я, наблюдая за её движениями, пока она забиралась при поддержке сестры на манипуляционный стол.
— Уже лучше, Александр Петрович, — ответила она и улыбнулась. — И поясница гораздо меньше беспокоит, и стул наконец нормализовался.
— А вы мне раньше про проблемы со стулом не говорили, — упрекнул я. — Зачем скрывали?
— Да я особо не скрывала, — смущённо улыбнулась она. — Просто не стала отвлекать вас на такие мелочи. И задержка была не по неделе, а два или три дня максимум, а теперь каждый день.
— Так ты и есть стала по-нормальному наконец, — добавила Виолетта Сергеевна. — А то раньше было, не заставишь.
— Да, аппетит появился, — кивнула пациентка. — Даже немного в весе прибавила.
— Не прибавила, а восстановила, — возразила её сестра.
— Пусть так, — отмахнулась Клавдия Сергеевна. — Восстановила.
— Ну хорошо, раз так, — сказал я. — Сейчас посмотрим, как там ваши дела. Вполне возможно, что сегодня будет последняя процедура.
Я положил ладонь в проекции образования нисходящего отдела ободочной кишки. На прошлых сеансах я уже сформировал новую стенку кишки, состоящую из рубца и уменьшил образование со стороны брыжейки. Объём остался и правда небольшой, энергии в ядре достаточно, можно приступать к полному удалению.
Когда от образования не осталось и следа, я решил на всякий случай проверить всё с ног до головы. Не зря всё-таки делают протонно-эмиссионную томографию всего тела, метастазы могут оказаться где угодно. Проверил полностью брюшную полость, грудную клетку, таз, руки и ноги, голову. Всё чисто, кроме метастазов в позвоночник, опухоль больше никуда не выстрелила.