— Вам чего надо? — не особо вежливо спросил подросток. — Мы уже спать ложимся. У нас всё нормально, все здоровы, спокойной ночи!
Он сразу попытался закрыть дверь, но я поставил ботинок так, чтобы у него не получилось.
— Артёмка, мамку позови, — сказал я. Объяснять, что к чему деревенскому пареньку с распухшим юношеским максимализмом я не собирался.
— Ногу уберите, а то я сейчас вилы возьму! — срывающимся голосом воскликнул парень и начал прикладывать усилия, чтобы закрыть дверь.
Несмотря на то, что подошва моего зимнего ботинка была достаточно жёсткой, было довольно чувствительно, как он начал долбить дверью. У меня уже появилась мысль слегка успокоить его слабым разрядом, не бить же ребёнка переростка. Я уже потянулся за медальоном, но потом вспомнил, что я в противочумнике и коснуться голубых камней на медальоне не так-то просто. Ситуацию спас отец парня, который появился в сенях очень вовремя.
— Что тут происходит? — гневно воскликнул отец семейства, готовый защищать свою твердыню любой ценой. — А, это вы? Что-то случилось?
— Пока ничего, — хмыкнул я. — У меня даже нога не сломана.
— Так, всё, Артём, иди ложись, я с дядей поговорю, — сказал он сыну, который предпринял новую попытку расплющить мне стопу дверью.
Парень буркнул себе под нос что-то нелицеприятное, но ушёл.
— Чем могу помочь? — спросил мужчина, открыв наконец дверь и впустив меня в сени, чтобы не мёрзнуть на улице.
— Вы — ничем, а вот Мария может, если мама её отпустит со мной, — сказал я, глядя мужчине в глаза через начинающие запотевать стёкла респиратора. Похоже я забыл обработать их от запотевания.
— Боюсь, что вряд ли, — покачал хозяин дома головой.
— А вы попробуйте, — настаивал я. — Если Мария сама захочет, уговорить маму ей не составит никакого труда, теперь я это точно знаю.
— Да зачем она вам нужна сейчас в ночь? — не сдавался мужчина. — Тут же ваши только что толпой ходили, небось всех вылечили уже.
— Они то вылечили, но совсем недавно было нечто похожее и я потом приехал на следующий день на трупы смотреть. Больше я такого повторять не хочу. Мария может подсказать, где есть больные, а где нет, чтобы нам до утра не слоняться и не будоражить всю деревню.
— Ладно, — нехотя согласился мужчина и тяжко вздохнул. — Постойте здесь, а я пойду поговорю.
Он закрыл дверь, ведущую внутрь дома и я остался стоять в сенях в абсолютной темноте. Что-то мне подсказывает, что он там сейчас будет просто тянуть время, а потом выйдет и скажет, что не получилось. Такой вариант меня не устраивает, а ещё мне жалко потраченного времени, которое я мог бы посвятить спасению больных, а не торчанию в сенях, пока они там наиграются.
Ломится внутрь я не стал, а попробовал проверить свою теорию. Я представил себе, как смотрю в голубые глаза Марии и говорю максимально чётко: «Мне нужна твоя помощь!». Я повторил это упражнение мысленно три раза. Так, на всякий случай. Хотя, если это не сработает, то хоть сто раз повтори, ничего не изменится.
Внезапно дверь открылась и по глазам ударил яркий свет, я уже успел привыкнуть к темноте. На фоне яркого света передо мной стояла фигурка девочки в длинном пальто и меховой шапке.
— Ну что, идём? — невинным детским голоском спросила она.
— Идём, — кивнул я. Потом обратился в сторону яркого света: — Мы ненадолго, скоро придём.
Девочка открыла дверь на улицу, и я вышел вслед за ней. Сзади послышались приглушенные ругательства. Мне кажется, это был Артёмка, а может быть и мама, точно не разобрать. Мне в принципе всё равно, кто там чем не доволен, главное, что девочка вышла и поможет мне быстрее разобраться.
— Тебе папа сказал или ты услышала, как я тебя зову? — поинтересовался я, когда мы вышли за калитку и нас уже никто не мог услышать.
— А для тебя это так важно? — спросила девочка не останавливаясь.
— Мне просто интересно, — сказал я, но уже на ответ особо не надеялся. Скорее всего я его не дождусь.
— Отец мне ничего не сказал, — ответила всё-таки она через некоторое время, когда я уже не ждал. — А мне и не надо, чтобы он вслух что-то говорил, я и так всё знаю.
— Сколько тебе лет? — решил я рискнуть.
— Шесть скоро будет, в апреле, — сказала она не раздумывая. Но это я и так примерно знаю.
— А на самом деле?
Мария резко остановилась и повернулась ко мне. Я с ходу чуть не врезался в неё и сделал шаг назад, увеличив дистанцию до полутора метров. Она смотрела мне в глаза своими двумя голубыми океанами, лицо не выражало никаких эмоций, не дрогнул ни один мускул.